— М-Мэй… — просипела Шизука, — если ты тоже в плену, ущипни меня.

Грохнула миска с водой, и Шизуку сгребли в объятия крепко-крепко, что взвыли рёбра!

— Шизу-чан!!!

— Ай-яй-яй, кости! Кости мои, дура ты сердечная!

— Прости! Прости-прости! — Мэй отпрянула, но руки не убрала, держала ту за плечи и смотрела во все глаза. Зарёванная. Нос красный, на щеке след от подушки — сидела тут и задремала. — Ты очнулась… Ками, ты очнулась!

— Очнулась, очнулась. — Шизука разлепила здоровый глаз и осмотрелась. Маленькая комнатка, на табуретке аккуратная стопка чистых бинтов. — Где мы? На наш дом не похоже, что за лачуга?

— Это… — Мэй замялась. — Это долгая история.

— А я никуда не тороплюсь, и, судя по тому как себя чувствую, у меня вообще выходной. Голова кругом… Как вы вообще меня вытащили?

Мэй вдохнула, собираясь начать, но Шизука вдруг подняла ладонь.

— Подожди-ка… — её здоровый глаз расширился. В голове всплывали воспоминания: крыша, рассвет, рывок сзади, удар, темнота. Подвал. Стул. Вёдра с кислотой, избиения, колючий голос дознавателя, а ещё… Прекрасный, дурацкий, постыдный поцелуй!

— Мэй… — произнесла Шизука торжественно, — похоже мне всё приснилось… Ещё и тако-о-ое! Сначала всё плохо, я в плен попала, представь! Подвал, цепи, всё как наяву! А потом открывается такая светящаяся дырка в воздухе, и из неё выходит, кто бы ты думала? Сань Сан! Тот наш растяпа из переулка! В одних трусах, представь! Весь потный, взъерошенный, глазищи белым горят… прямо ого-го, красота неописуемая. Я уж подумала вот так пыточка мне предстоит! Но он порвал на мне цепи, как гнилые верёвки, взял меня на руки голенькую как какой-то принц… — она мечтательно вздохнула и тут же скривилась от боли. — А я ему, знаешь что, заявляю, что раз это сон, то терять нечего, и целую его. Прямо в губы. С чувством, да ещё каким… глубоким.

Мэй захлопала глазами. ЧЕГОШЕНЬКИ⁈ ОНИ ЦЕЛОВАЛИСЬ⁈ ОН НЕ ГОВОРИЛ!

— А он, между прочим, — продолжала Шизука, не замечая, — целуется, вообще не как растяпа. И язык у него… — она осеклась, — Ты чего такая красная? Я ж ещё даже до обезьяны не дошла…

— Шизука. — Мэй отвела взгляд в стену. — Это был не сон.

Пауза.

— В смысле?

— В самом прямом.

— Что именно не сон? — приподняла Шизука бровь. — Подвал?

— Всё. Всё не сон.

Шизука села, хоть и поднывали рёбра.

— Так. То есть ты сейчас на полном серьёзе утверждаешь, что дырка в воздухе и Сань Сан, что выбрался из неё в трусах, а после взял меня и спас — не сон?

Мэй закивала.

Шизука застыла.

— Тогда и… — она поднесла пальцы к губам, — … и это, значит, тоже?

— Видимо да, — обречённо подтвердила Мэй.