— Леди Мэрили, — осторожно касаюсь губами воздуха над пальчиками девушки. — Благодарю вас за этот чудесный день. Он стал таким только благодаря вам.

Я уже было хотел отпустить девичью руку, когда маленькие ладошки леди ухватили мою ладонь, едва ощутимо ту сжав. Беловолосая улыбнулась в ответ на моё недоумение, слегка покраснев и сделав робкий шажок ближе.

— До свидания, сэр Бойл, — девушка, продолжая сжимать мою ладонь, задрав лицо вверх, пристально смотрела в мне глаза. — Ещё раз, спасибо, что пришли сегодня… И тогда, в королевском парке.

«Как же она очаровательна» , — помимо воли засмотрелся я на два рубина глаз девушки. На жемчужную улыбку, на гладкую, нежную кожу, на длинные, белые ресницы и снежный водопад волос. Она — словно статуя, выточенная из белого мрамора гениальным художником, с которым, в тандеме, работал ювелир с руками, поцелованными Богами.

— Помочь вам — это честь и удовольствие для меня, леди Мэрили, — даже все положенные слова забылись, а те, что слетали с моих губ казались… такими ущербными… — Постарайтесь… не подвергать свою жизнь опасности. Я… мир не переживёт, если потеряет такую красоту.

— Спасибо, — румянец на щеках девушки стал гуще. — Обещаю постараться. Но если что-то произойдёт, то я надеюсь, что вы будете рядом.

— Да! — я чуть сжал её ладони, накрыв их ещё и левой рукой, как-то неосознанно сделав к девушке небольшой шаг. — То есть, я хотел сказать, что лучше не надо, но если вам захочется, то лучше, чтобы я был… поблизости…

«Все Боги Мира, что за херню я несу» , — спросил я самого себя, но я не ответил мне.

Между нами с леди Мэрили повисла какая-то неловко-приятная тишина. Я смотрел в её глаза, она в мои. Мы молчали, но было… комфортно. Я бы постоял так ещё минут пять или час. Окружающий мир казался таким неважным на фоне фокуса моего внимания. Которое сузилось до двух горящих рубинов, до манящих, кроваво-алых губ.

— С-сэр Бойл? — тихий голос леди Валуа привёл меня в чувство, заставив взглянуть на происходящее… немного шире. Я стою непозволительно близко, удерживая ладони девушки в своих, да ещё и нагло, пристально пялюсь ей в лицо. Приятная тишина, ага! Леди уже сгорает от смущения! Как только сдержалась и не выписала пощёчину⁈

— Ради Светлых Богов, я прошу прощения, леди Мэрили, — делаю шаг назад, и склоняюсь в низком поклоне. — На несколько мгновений меня просто ослепило вашей красотой. Простите, что был столь неучтив.

— Н-не… не страшно, сэр рыцарь, — разогнувшись, с облегчением вижу на лице девушки мягкую, немного смущённую улыбку. — Это было чудесное чаепитие.