таким важным господам тут делать. Что-то, девонька, побледнела, плохо, что ли, стало? Разбудите меня кто-нибудь. Я что, попала? — Ты присядь, девонька, присядь. Должно стать легче. Бабулька заботливо ухватила меня за локоток и усадила на траву. Разместившись рядом, положила руку мне на плечо. — И где же ты тут взялась, а, горемычная? Людей здесь раз-два и обчёлся, да и всех я знаю, а тебя точно впервые вижу. Проигнорировав вопрос бабки, я пыталась призвать мысли к порядку. И дело это, я вам скажу, исключительно неблагодарное... Может, бывший и бабку подговорил? С подозрением взглянула на старушку. Да нет, это было бы слишком. Но если и правда другой мир? — Бабуль, — жалобно поканючила я старушке, — вы же про ваше Суранское королевство пошутили? Правда же? И сидим мы где-то под Тьмутараканью, в 20 километрах от трассы? Признайтесь, бабуль, я сердиться не стану. — Неужто так плохо, девонька? — спросила старушка. — Да и с чего мне тебя обманывать? Вот что, давай-ка поднимайся, ко мне пойдём. Я тебя немного подлечила, так что до деревни дотянем. А там у меня поешь, отдохнёшь и поговорим нормально. Только сейчас я заметила, что от рук бабульки исходило бледное сияние. Фигассе спецэффекты. Мгновение — и оно исчезло, а я и правда почувствовала, как боль в горле отступила. Ого, похоже, и правда в нашем полку прибыло. Ну, здравствуй, попаданка Екатерина!!! Глава 3 Пока шли к деревне, старушка представилась и рассказала немного о себе. Зовут мою благодетельницу Рива, и она местная знахарка. Травки-муравки всякие, ну и, конечно, немного целительской силы, с которой я уже познакомилась. Женщине было «каких-то 170 лет, и она вполне себе ещё ничего», так что просила звать её по имени и на «ты». «Чай не благородная, какая». Ну, а я что? Я ничё. Мы из простых, так что можем и на «ты». Сто семидесятилетнюю старушку, ага. Правда, о том, что такой возраст для нас — это фантастика, и, по-хорошему, в нашем мире лежать бы бабульке красивой мумией под стеклом в Британском музее, я умолчала. Молодая Рива? Ну, значит, молодая, на том и порешили. Узнав моё имя, бабулечка заметно удивилась, но расспрашивать не стала. Деревенька у них — где-то 30 душ от силы. Заправляет всем староста Гнед. Имечко так себе, надеюсь, характер у мужика будет не под стать. Он тут царь и бог, так что злить его не стоит. Рива предупредила, что как только появимся в деревне, ждать нам старосту в гости. Без его надзора меня, чужачку, тут не оставят, так что мне рекомендовали быть честной и старосте не перечить.