Майское утро обещало быть идеальным. Сквозь распахнутое окно в комнату лился густой, пахнущий цветущей сиренью воздух, а солнце вовсю расчерчивало полосы на стареньком паркете. Под окнами заливались птицы. Вера сладко потянулась, сбрасывая остатки сна, и босиком пошлепала на кухню.Нагретый чайник уютно зашумел. Вера опустила ладони на теплую кружку, вдыхая травяной аромат, и только присела за стол, смакуя первое свободное мгновение дня.Идиллическую тишину бесцеремонно разрезал оглушительный, настойчивый звонок в дверь. Три коротких, один длинный — так требовательно трезвонить умел только один человек.Вера вздохнула, поставила кружку и пошла в прихожую. Заглянула в глазок. Ожидания не обманули.— Да открывай ты уже, я слышу, что ты там топчешься! — донесся из-за двери резкий, надменный голос.Стоило Вере повернуть ключ в замке, как дверь едва не ударила её по плечу. В квартиру вихрем ворвался шлейф приторно-сладких дорогих духов, а следом — и сама Ангелина. На тонких шпильках от Кристиана Лубутена она вальяжно прошествовала прямо в гостиную. Тот факт, что на улице только что прошел мелкий дождь и ее туфли оставляли грязные влажные следы на светлом ковре, Ангелину совершенно не волновало.— Хотя, живя в такой глуши, я бы тоже трижды подумала, прежде чем отпирать дверь, — с брезгливой усмешкой бросила гостья, картинно оглядываясь. Она демонстративно подобрала полы белоснежного пальто, словно панически боялась ни до чего здесь не дотронуться. — Не дай бог, конечно, подцепить какую-нибудь нищету.Вера молча закатила глаза. «Ничего нового, — устало подумала она. — Менять пластинку — это слишком сложно для твоего королевского величества. Как всегда: наглая, спесивая и уверенная, что весь мир ей должен. Что на этот раз?»— Чего тебе нужно, Ангелина? — Вера постаралась, чтобы её голос прозвучал как можно холоднее и спокойнее. — Или в вашем фамильном особняке слуги кончились и стало скучно?— Ты мне тут не дерзи! — Ангелина резко развернулась, смерив Веру ледяным взглядом сверху вниз. — Думаешь, я сама к тебе приперлась? Разочарую: я здесь вообще не по своей воле.Ангелина всегда смотрела на людей как на грязь под своими брендовыми туфлями. Роскошь с самого детства выстроила вокруг нее прочный кокон из вседозволенности. Сегодня на ней было идеальное дизайнерское платье, подчеркивающее каждый изгиб ее точеной, пышной фигуры. Темные волосы мягкими волнами падали на плечи — волосок к волоску, культовые голливудские локоны. Безупречный макияж делал ее и без того пухлые губы вызывающе-яркими,