— Тогда будет лучше, если разговор мы проведем при Сириусе, — добавил Грегори, — Он ждёт нас в Хогсмите.
— А разрешение? — поинтересовался я, — Вроде бы, сейчас не выходные…
— Всё сделано через Фаджа, — хмыкнул Гойл.
— Что ж… Пошли, — только и осталось мне кивнуть.
Когда наша троица оказалась за пределами замка, Гермиона решилась на разговор.
— Гарри… или Айзек? Как лучше к тебе обращаться?
Нахмурившись, я посмотрел на Грегори. Тот в ответ пожал плечами:
— Это Сириус. Он решил, что мне и ей лучше быть в курсе.
— А ничего, что ваши разумы могут вскрыть?
— Уже не могут, — усмехнулся в ответ Гойл, — Мой — точно. А Грейнджер скоро пройдёт те же ритуалы, что и мы.
— Мда… Ладно, Гермиона, — вздохнул я, — Лучше обращайся ко мне по привычному тебе имени. Гарри… Полагаю, что ты в курсе того, как я переродился?
— Мистер Блэк рассказал об этом, — кивнула девочка, — И… Я хотела бы извиниться за происходящее в течении года.
— Ты была под действием артефактов, а помочь я не мог, — только и осталось развести мне руками, — Потому, тебе не за что извиняться.
Надо сказать, что сейчас не только Гермионе было несколько неуютно. Я уже привык к тому, что из всех окружающих меня людей, о моей истинной природе знают Сириус и вампирши. Распространение информации стало неожиданностью. Теперь предстоит понять как на эти сведения отреагировали Грегори и Гермиона. Впрочем, Гойл, судя по всему, решил не слишком зацикливаться на факте моего перерождения. Почти год совместных тренировок и виртуального ада за авторством Джулии нас явно сблизили и позволили узнать друг друга и понять. Зато с Грейнджер не всё просто.
Маглорожденная, для которой очень многие вещи выглядят странно, дико, чуждо, а то и вовсе выходят за рамки понимания. Если Гойл, судя по тому как он на меня смотрел и как себя вёл у лазарета, воспринял информацию спокойно, то Гермиона зажата до крайности. И дело тут не только в последствиях её действий под контролем артефактов Дамблдора. Вопрос о моём имени выдал девушку с головой.
Она меня боится.
Нет, будь на моём месте понятный ей Гарри Поттер, хоть и выделяющийся на фоне других некоторый степенью разумности, подозрительности и тягой к знаниям, она бы вела себя совершенно иначе и с куда меньшим страхом. Сокурсник, с которым она многое пережила, не столь опасен, как некромант-боевик, умудрившийся переродиться в теле её друга. Естественно, что после всего того, что сделала девочка из-за контролирующих её разум и волю артефактов, ей попросту страшно.
Вздохнув, я покачал головой и, обняв Грейнджер за плечи, произнёс: