— Что тут? — голос бригадира Бедара, заставил Леон вздрогнуть, а затем сделать шаг в сторону.
— Дерьмо тут, Пьер, — повернулся к командиру отряда констебль, — Был какой-то крик, затем визг, а теперь… тихо.
Бригадир, окинув взглядом подчинённого, хмыкнул, а затем, опустив забрало шлема из бронестекла, взял наизготовку пистолет и направился вперед. В отличии от Рондо, он в горячих точках не был и получил свою должность после академии. Собственно, Пьеру Бедару едва исполнилось двадцать пять. Сей парень, хоть и обладал массой достоинств, имел весьма важный, на взгляд Леона, недостаток — отсутствие опыта и чутья на беду.
Именно сейчас интуиция бывшего военного подсказывала, что ситуация далека от привычной и нужно вызывать подкрепление, а не ломиться в квартиру, где происходит неизвестно что. И речь, судя по всему, не об очередном сошедшем с ума наркомане. Даже нажравшись наркоты, ни один человек на сможет так кричать.
Между тем, Пьер аккуратным толчком отворил дверь. К удивлению полицейского, она открылась совершенно бесшумно.
«Похоже, что петли тут смазывали регулярно, — мысленно отметил Леон, — Чёрт! Какие петли?»
Выкинув из головы совершенно неуместные в нынешней ситуации мысли, Рондо поднял пистолет, который до этого опустил, дабы не направлять на бригадира, и направил его на уходящий в глубину квартиры коридор.
Это здание построено в тот же период, что и многие другие, подобные ему, многоэтажные дома старого образца. Конец девятнадцатого века. Из-за этого планировка тут отличается от современной. Один длинный коридор, вдоль которого расположены двери комнат, а в конце — большой зал, из которого можно попасть в кухню и ванну.
— Ты кого-нибудь видишь? — спросил Пьер, кивнув Матису, ещё одному оперативнику GIPN, дабы тот двигался в глубину помещения.
Между тем, Фабьен, повернувший в другую сторону, сдавленно прошептал:
— Все сюда! Тут пострадавшая!
— Отставить! — рыкнул Бедар, — Леон — проверь!
Рондо, осторожно обойдя напарника, пошел в направлении сидящей на коленях женщины, найденной парнем в кладовке. Даже на первый взгляд было понятно, что несчастная серьёзно пострадала.
Пожилая дама, лет так семидесяти, выглядела действительно страшно. Сбитые в кровь костяшки пальцев, обломанные ногти…
«Она пыталась выбраться из кладовки? — удивился Леон, подходя ближе, — Если да, то… странно…»
Уже сгущающиеся сумерки не давали рассмотреть как пострадавшую, так и само помещение, из-за чего Рондо был вынужден достать фонарь. Его луч вырвал из теней, что своими мрачными щупальцами охватили квартиру, следы ногтей и ударов на почти выломанной фанерной двери.