Оказавшись в Большом Зале, мы расселись по факультетским столам, наблюдая за тем, как представители иностранных делегация занимают свободные места, не особенно вникая кто где находится. К моему удивлению, напротив меня оказался Крам. Парень, усевшись за стол нашего факультета, громко поприветствовал всех, после чего принялся накладывать себе в тарелку салаты и мясные блюда.
— Приятного аппетита, — произнёс он, глядя на меня.
То, что мой собеседник, совершенно не пользуясь палочкой и не меняя выражения лица, непринужденно создал «купол приватности», комбинацию из нескольких заклинаний, что помешают окружающим подслушать нас и прочитать что либо по губам, вызывало уважение и удивление. Лично я так не могу, как и большинство выпускников Хогвартса. Сириус в состоянии подобные фокусы проворачивать, к слову. Значит, Крам по уровню подготовки на голову выше
— Благодарю, — кивнул я, — Взаимно, мистер Крам.
— Мистер Поттер, полагаю? — поинтересовался болгарин.
— Он самый… только, не припомню, чтобы мы были знакомы.
— Это поправимо… Думаю, человек с прозвищем Бродяга вам передавал кое-что…
«Вот как… Значит, не просто так Сириус сказал, что мне надо будет с Крамом выйти на контакт и договориться…»
* * *
— Что скажешь? — поинтересовалась Максим у Де Лакур, мрачно смотрящей в окно.
— Ничего хорошего, — покачала головой вейла, — Во время ужина я пыталась его прощупать, но он либо с хорошими артефактами, либо сам по себе имеет способы защититься от давления на разум.
Удовлетворенно кивнув, директор Академии Виаксбэтонс сделала глоток из стоящей на столе чашки, после чего спросила:
— А этот болгарин? Крам?
— Аналогично. К тому же, у меня сложилось впечатление, что они если не знакомы, то очень хорошо осведомлены друг о друге. Да и в целом… Уж очень странно себя вели.
Встав из-за стола, Олимпия подошла к Флёр:
— У меня сложилось впечатление, что в Британии вам будет очень сложно. Во всяком случае, я бы не советовала кому-то из вашей общины тут задерживаться после Турнира. Учитывая здешние законы, по которым вейлы приравнены к оборотням и прав, по сути, не имеют, это очень рискованно.
— Вы же понимаете, что мне придется сюда вернуться? — покачала головой Де Лакур, — Нам надо перебираться сейчас, пока есть такая возможность. Потом здешние волшебники могут закрыть границу или ещё больше ужесточить законы. Зато если мы вмешаемся…
— Если вам дадут вмешаться, — оборвала студентку женщина, — Помни, здесь не Франция. Тут у волшебников взгляды куда более консервативные. А гражданская война и проблемы с оборотнями и вампирами, а потом и с подземными народами, привели к тому, что волшебники не слишком жалуют любые другие расы. Обоснованно, если говорить откровенно.