Суммируя всё это, а так же воспоминания о том, как погибли Джеймс и Лили, даже не пытаясь вступить в бой, а лишь умоляя пощадить ребенка, я пытался понять в чем состоит обман. А он имеет место быть. Никак иначе столь большое количество нестыковок объяснить не реально.
Например, вполне может быть, что Джеймс и Лили осознанно не укрепляли дом, делая из него ловушку. Если так, то почему она не сработала? Или же, сработала, но не до конца? Да и прочие странности в их поведении заставляли задуматься о психическом здоровье молодых людей. Для меня-Айзека очень многое из всплывшего в памяти меня-Гарри казалось дикостью.
А вот дальше было куда интереснее. В памяти хранились воспоминания о том, что в ночь гибели старших Поттеров, Сириус Блэк появился уже после всего произошедшего и выглядел совершенно невменяемым. Однако, сына своего друга, вопреки официальной позиции властей, не торопился убивать и даже некоторое время обдумывал куда с ним податься. Сорвавшаяся с его губ фраза «Неужели мне придется идти к матери?» явно намекала на то, что бросать крестника на произвол судьбы мужчина не собирался. А вот дальше начались странности.
Появившийся Хагрид получил полуторагодовалого малыша на руки с наказом отправляться в особняк Альфарда Блэка и записку для искомого о ситуации. Сам же Сириус принялся что-то колдовать, бормоча о том, что теперь ещё надо доказать его невиновность. При этом слова «крыса» и «хвост» повторялись неоднократно, чередуясь с ругательствами и проклятиями. Затем в его спину прилетело какое-то заклинание и появился Дамблдор, приказавший Хагриду не торопиться. Затем сознание покинуло ребенка, коим в тот момент являлся я-Гарри.
Вывод однозначен. По каким-то причинам директор Хогвартса очень не хотел допускать попадания ребенка в руки родственников Сириуса. Более того, судя по тому, что вообще удалось выяснить, он умудрился «спрятать» меня, о чем неоднократно публично заявлял, когда многие маги поднимали вопрос о месте нахождения «национального героя». Последнее, к слову, было весьма спорным утверждением.
Судя по газетным вырезкам, к моменту наступления той самой ночи, ситуация в стране начала стабилизироваться. Бои между политическими группировками сходили на нет, а Министерство и вовсе дало право Аврорату убивать на месте что Пожирателей Смерти, что членов Ордена Феникса, что любого, кто попробует нарушить порядок. Именно жесткие меры, принятые для подавления беспорядков, начали гасить пламя гражданской войны, в которую были втянуты все слои населения и политические группировки, коих, к моему удивлению, насчитывалось куда больше двух. Ведь, помимо Пожирателей и Ордена Феникса имели место объединения знати, боевые отряды гильдий, гоблины попытались устроить очередное восстание, чего не произошло из-за того, что с ними сцепились в попытке разрушить монополию на единственный банк волшебников гномы и дворфы, умудрившиеся ради этого дела даже на время прекратить свои распри и договориться.