— Гарри? Ответь! — голос Блэка доносился словно бы сквозь ватную стену и казался далеким.
Резкий болезненный удар по левой щеке привел меня в себя. Сфокусировав взгляд я увидел Лаванду, стоящую возле меня и держащую меня за воротник рубашки. Щека горела от оплеухи, а сама девочка трясла правой рукой.
— Спасибо, — кивнул я ей, опуская взгляд к артефакту, — Сириус, ты сможешь забрать меня с вокзала?
— Заберу, — кивнул мужчина, — И да… Я так понимаю, что надо решить вопрос с документами по твоим опекунам и… Это долго.
— Это решаемо, — вздохнул я, закрывая глаза, — Муторно, но решаемо.
Очень тяжело быть взрослым и ребенком одновременно. Тяжело проживать вторую жизнь, начав её если не с нуля, то не далеко от этого состояния. Сознание и жизненный опыт двух личностей пытаются быть одним целым, но периодически одна из этих частей берет верх. Сейчас был именно такой момент. Впрочем, чего обманывать себя? Для меня-Айзека Вернон и Петуния были сильными и достойными людьми, заслуживающими уважения и долгой жизни, а не смерти в огне.
«Кто бы их не убил, — пришла на ум мысль, — Он допустил очень большую ошибку. Ведь, я буду мстить. Найду всех. Заказчиков, исполнителей, посредников… Даже если на это уйдут годы, но они все умрут.»
Открыв глаза, я поднял взгляд на всё ещё стоящую рядом Браун.
— Спасибо тебе большое, Лаванда.
— Это было жутко, — тихо произнесла девочка, — Я… Это страшно.
Тут мой взгляд упал на столик между диванчиками, а затем перешел на одежду Браун. Всё это оказалось каким-то… постаревшим, должно быть. Будто бы для раскладного столика прошло не несколько часов, а десятки лет, а вещи девочки носились ею годами.
— Прости, — выдавил я из себя, — Похоже, что…
— Это выброс, — покачала головой Лаванда, садясь рядом со мной, — Только… Уж очень у тебя он был опасным для… всего и всех, наверное… Погибли твои опекуны?
Покосившись на неё, я молча кивнул. Мне очень хотелось закрыть глаза и заснуть, но именно сейчас этого делать не стоило. Я прекрасно осознавал своё состояние всё то, что может произойти со мной и окружающими, если мне вздумается дать слабину и поддаться чувствам.
Некроманты в этом вопросе очень опасные существа. Несмотря на то, что мы развиваемся в своем направлении постепенно, трансформируясь медленно, шаг за шагом, старательно удерживая контроль над своим состоянием и разумом, каждый шаг — по кромке лезвия. Любое неосторожное движение — конец нашей жизни. Это плата за те силы и возможности, которые мы обретаем.
Впрочем, у адептов других путей развития есть похожие проблемы. Мастера работы со стихиями рискуют слиться с ними, став одним из множества элементалей, демонологи могут перейти черту, после которой начнут мутировать, становясь подобными тем, кого призывают… А вот мы — нежитью. Тупой, алчущей чужих жизненных сил, тварью.