— В сторону, скелетики-и-и-и! — Я рефлекторно дёрнулся вправо и едва удержался от того, чтобы не нашпиговать стрелами спину зомби, пронёсшегося в сторону гремлов с огромной обоюдоострой секирой наперевес. Её лезвия напоминали полумесяцы, бликующие в лучах словно специально вырвавшегося из-за туч солнца, а выпирающий наконечник венчал монструозный шип, которым можно было легко пробить грудную клетку даже человека — не то, что гремла. И вот этой дурой зомби разрубил одного гремла на две части, а второму оставил кровоточащую рану, от которой тот, судя по стремительно убывающей полоске здоровья, помрёт секунд через пять-шесть. — Не против помощи?

Я, поймав на себе взгляд зомби, кивнул — и продолжил стрельбу по ораве монстров, выскочивших прямо на нас и пополнивших ряды перемолотых в фарш уродцев. Ян чуть в стороне меткими и быстрыми колющими наносил урон, бегая от гремлов вокруг камня, позади меня откуда-то взялась девушка-призрак, размахивающая какой-то полупрозрачной цепью, проходящей сквозь тела гремлов и, судя по стонам и судорожным телодвижениям, причиняла им нешуточную боль.

Эта картина пробрала меня до костей. Впервые за все те годы, что я обретался в виртуальных мирах, я лицом к лицу столкнулся с врагом. Там, в кабине боевого робота, всё совсем не так: ты знаешь, что «по другую сторону игрового стола» находится такой же человек, но не воспринимаешь этого, прожигая его меха лазерными пушками и отправляя в полёт своры ракет. Здесь же… умом я понимал, что гремлы — просто монстры пятого уровня. Простейшие запрограммированные наборы нулей и единиц, не испытывающие ни эмоций, ни чувств. Но то, как они умирали…

Кричали, когда сталь рассекала их плоть. Бросались на врага, когда очередной их собрат испускал последний вздох. Корчились и чуть ли не рыдали, когда призрачная цепь проходила сквозь их тела, причиняя нешуточную боль. Но никто не обращал на это внимания.

Зомби рубил их своей секирой, Ян — колол и резал клинком, я — на автомате продолжал выпускать стрелы, а девушка-призрак, на лице которой проступал нешуточный азарт, так и размахивала нематериальными цепями.

За считанные минуты мы лишили жизни больше двадцати особей. Подкрепления низкорослых сородичей гоблинов больше не лезли изо всех щелей, и потому у нас появилась реальная возможность перевести дух.

Мельком глянул на полосу опыта — и чуть-чуть обалдел от того, что до нового уровня мне оставалось всего ничего. Пара-тройка гремлов. Почему так мало? И самому интересно, честно говоря…

— Это ты, костяшка, вовремя сообразил — группы объединить. — Произнесла девушка-призрак глубоким, приятным уху, но таким холодным и отчуждённым голосом, что даже по моей костяной спине пробежались мурашки. — Что-то больно много опыта отвалило. По девять единиц с каждого гремла? Дураг, у тебя как?