— Здесь я работаю, — сказал Рад, сгребая со стола ворох бумаг и пододвигая стул. — Скоро брат Дойрин принесёт чернила и бумагу, а вам будет предоставлена возможность отдохнуть и подкрепиться. Пока же позвольте с вами расплатиться, — с этими словами жрец скрылся за ведущей в соседнюю комнату дверью и через минуту появился вновь, на этот раз с позвякивающим кошелем в руках.
— Вот ваша награда, — сказал он, протягивая его демоноборцу.
Тот принял деньги и сунул в карман, не пересчитывая.
— Ты не проверишь? — удивился Рад.
— А ты меня обманул?
— Нет, но… Просто впервые вижу наёмника, не проверяющего бэнты.
— Нужно ли понимать, что в наших услугах вы больше не нуждаетесь? — спросил Эл.
— Думаю, да, — согласился Рад. — Посланника королю будет сопровождать эскорт из рыцарей храма. Это отменные воины, но я не мог взять их с собой потому, что в тот момент они отсутствовали. Сообщение моего преподобного собрата пришло неожиданно, и мне пришлось ехать одному. Но теперь мы сможем обеспечить надлежащую охрану. Благодарю вас.
— Что ж, отлично, — Эл пожал плечами. — Сколько мы можем пробыть здесь?
— В храме? — уточнил жрец.
— Да.
— Сколько хотите, — ответил Рад, нетерпеливо подходя к двери и прислушиваясь. — Что-то Дойрин запаздывает. На него это не похоже.
— Думаю, отсюда мы отправимся в Артадос, — сказал Эл. — Мой спутник хочет попасть в Карилосс, но мы сильно отклонились на восток, теперь путь займёт больше месяца. Так что едва ли мы увидимся вновь. Желаю вам удачи в борьбе с Рогбольдом и надеюсь, что ваши предположения относительно василиска не подтвердятся.
— Благодарю, — ответил Рад. — Если так и окажется, это будет светлый день.
— Что это⁈ — тревожно спросил Ирд, прислушиваясь.
— Где? — переспросил Рад.
— Это лязг оружия! — объявил Эл, быстро подойдя к двери. — В храме идёт бой!
— Невозможно! — запротестовал жрец. — Никто не посмеет осквернить место почитания великой Пайры. Вероятно, это рыцари храма…
Но Эл его уже не слушал. Он обнажил меч и стоял, прислушиваясь к тому, что происходило снаружи. Зачарованный Кровопуск переливался странными отсветами, словно предвкушал битву. Руны на его лезвии, выкованном из сплава серебра и метеоритного железа, едва заметно разгорались, вспыхивали и гасли — словно пульсировало в глубине металла чьё-то сердце.
— Они идут сюда, — проговорил демоноборец. — Из этой комнаты есть другой выход?
Его тревога передалась Раду. Он, видимо, понял, что опасность действительно проникла в храм, и нужно что-то предпринять, пока сведения, с таким трудом доставленные в Пордеслейн, не пропали.