Но надо.

Я, конечно, клятву Омиша не давал, однако пообещал, а слово свое привык держать. А потому, смерив Ефима недовольным взглядом, едва заметно шевельнул пальцем, и у него за спиной поднялся на ноги мертвый Строкс. Уже в виде зомби. Созданное мной заклинание сработало без сучка, без задоринки и затребовало совсем не много Межмировой Энергии.

Класс! Я даже почувствовал гордость за себя, как за настоящего некроманта. Хотя перспективы развития радовали куда больше. Им не было границ!

— Что? — нервно спросил Ефим, думая, что мы втроем уставились на него. Но, почувствовав неладное, обернулся и тут же с криком отскочил в сторону. Будто позади него стоял мертвец.

Ах да, и правда стоял.

— Какого… — выдохнул пленный воин, а бешенный стук его сердца я расслышал даже сквозь шум разгоравшегося боя. — Защити меня Захаурун!

— Штаны не обгадил? — Казан хлопнул его ладонью по плечу, от чего Ефим снова вздрогнул. — Ну тогда привыкай. Но лучше держи парочку на смену. Леон и не такое может!

— Ага. — поддакнул Балалай. — Я после той костяной страшилы глаза закрывать боялся, не то что спать. А уж те эксперименты в Трещине…

— Зомби? — выдавил из себя Ефим.

— Нет, мамка твоя. — хрюкнул Казан. — Не признал?

— Это моя магия. — пояснил я. — Поэтому, прости, но на рожон я с ней не полезу. Однако помочь не отказываюсь и…

В этот момент прямо у меня перед лицом пронесся какой-то фиолетовый росчерк, и голова нежити разлетелась на части, как лопнувший шарик.

Лучник, суть твою! Ты не в ту сторону воюешь, солдат!

— Эй, мы свои! — крикнул Балалай и помахал рукой в том направлении, откуда прилетела стрела. Шестипалой рукой. И лишь тот факт, что я отдернул его в сторону, спас бывшего каторжника от неминуемой смерти.

Еще один напитанный Межмировой Энергией снаряд пронесся мимо, и вонзился в поддерживавший навес столб. Тот уцелел. Платформу делали явно с помощью какого-то умения. А то и не одного.

Не желая провоцировать лучника, мы вчетвером юркнули за ближайший шатер, где я тут же отобрал у Балалая лишний перст и выкинул тот от греха подальше.

— Прости. — повинился он. — Привык.

— Да ты и к пальцу в жопе привыкнешь. — буркнул Казан, незаметно избавляясь от собственной маскировки. — Надо было тебя Дырявым Дураком назвать. Один фиг лаять не умеешь.

— А вот и умею! — надулся Балалай. — Старик Газон говорил! Скажи ему, Леон.

Детский сад. Разве что языки друг другу не показывают. А ведь взрослые же мужики! Но на счет имен у них пунктик. Это единственное, что не могли отобрать у них нелюди в темноте невольничьей шахты.