— Так ты и стал Рейзором? — догадался поднявшийся Кай, пытаясь унять нахлынувшую слабость. Он уже понял, что проблема заключается в свете, льющемся из глаз врага. Однако мужчина впервые видел подобные колебания и вот так сходу ничего не мог им противопоставить. Для начала требовалось хотя бы понять, как вообще работает этот свет. — Но здесь явно не хватает ещё одного элемента. Какое-то совсем не королевское упущение.

— Опять смеешь открывать рот без разрешения? — Солнечный Король приподнял бровь и вмиг оказался рядом с Каем.

К лже-Яшниру тотчас же направились смертоносные клинки, но на сей раз он даже не стал уклоняться. Небрежно отбив рукой мечи, словно отмахнувшись от назойливой мухи, Безграничный врезал Каю в живот. От концентрированного удара тот резко скрутился и проскользил стопами на пару шагов назад. Несмотря на существенную разницу в параметрах, мощь кулака А’Сан’Рая оказалась гораздо выше предполагаемого, а вот у Кая, наоборот, разрушительная сила клинков и прочность тела словно снизились в момент столкновения.

— Но ты прав, история неполна без этого, — на раскрытой ладони Безграничного появилась покрытая узорами древняя монета, испускающая колоссальную мощь. Солнечный Король сжал ладонь, и творение Создателя исчезло, вернувшись в тело. — Монета Судьбы. Название говорит само за себя, и даже столь недалёкое существо, как ты, должно всё понять. Жаль лишь, что Он заблокировал её воздействие на других акаину. Впрочем, с твоим адамантитом я смогу не только исправить этот недостаток, но и расширить силу Монеты даже до влияния на Высших.

Каю хватило взгляда, чтобы понять: Монета Судьбы создана из адамантита. Как и любой другой адамантит, при активации он серьёзно усиливал Волю. Но в пассивном режиме, в отличие от Трофея, Монета не выполняла роль искусственной Искры и не усиливала контроль над энергией, а воздействовала на вероятности, повышая удачу владельца до запредельных значений. Вот почему Рейзор был прозван Путником Удачи, а все планы лже-Яшнира так успешно срабатывали. Лишь обладающий собственным адамантитом Кай стал для них помехой, оказавшись вне власти Монеты, будто настоящий акаину. Иначе он уже проиграл бы, притом задолго до начала этого поединка.

— Вот и вся история. После войны я удачно переродился У’Шором, скрывшись от Системы и псов Ла’Герта, а потом подобрал себе это могущественное тело с гениальнейшей душой. Впрочем, удалённо использовать Стихийный Трон для очищения Искры и вселения в сына Амелии было непросто, — вздохнул А’Сан’Рай. — Благо кое-какая связь с изначальным телом у меня сохранилась.