— Рык, Гром, тащите этого в соседнюю комнату, — дед указал на побелевшего как смерть Лопатина. Клиента даже не стали отвязывать от стула, так вместе с ним и внесли в проем. — Кот, на улицу, наблюдение. Навь, остаешься здесь, сторожишь этих…

— Есть.

Я продолжил наблюдение за переглядывающимися и мычащими членами кружка. Вдруг из соседней комнаты раздался такой крик, что вздрогнул даже я. Понятно, дед решил не заморачиваться и провести экспресс-допрос на месте. Ну, разошлись… Крики, рыдания и вой оказывали благотворное влияние на членов кружка, вот уже и свежачком потянуло, и кое-под кем натекло… Ага, наконец-то вы поняли, что спектакля не будет, что все всерьез, то-то глазки совсем выпуклые стали…

— Тащите его сюда, он нужен здесь, — дед вышел из комнаты, брезгливо вытирая руки салфеткой. За ним волоком за ноги, оставляя за собой широкую красную полосу на полу, агенты протащили то, что некогда было Лопатиным. Теперь, похоже расслабление сфинктеров настигло всех.

— Как воняет… — сморщился дед. — Запомни, Навь, так пахнет революция. Дерьмом и кровью. Причем самые идейные льют кровь, а всякая шелупонь срется и ссытся.

Дед взял коробку СВУ в руки.

— Где оставшийся пластит?

— Вот, — агент подал ему полиэтиленовый пакет.

— Отлично, — дед положил пакет в центр стола, и начал колдовать с миной. — Ну блин народ пошел, как они раньше не подорвались, затейники хреновы… Кто ж так детонатор подсоединяет? Рык?

— Да?

— Канистры с бензином принесите.

— Есть! — хлопнула входная дверь, и Рык исчез на улице.

На хомячков было страшно смотреть. Они наконец поняли, что пришел их последний час.

— Не переживайте, — дед ласково потеребил волосы одного из студентов. — Вы положите свои жизни на алтарь революции, сказано же в ваших цитатниках, что дерево свободы нужно поливать время от времени кровью патриотов и тиранов, это для него естественное удобрение. Правда сказал это Джефферсон и по другому поводу. А я больше поддерживаю Карлейля — революцию замышляют романтики, осуществляют фанатики, а плодами её пользуются мерзавцы. Так что героического и мученического вам конца, чего вы так страстно желали в своих патриотических речах. А также сейчас вы узнаете на своем опыте, что испытывали те люди, которых вы убивали на улицах, многие из которых были невиновны, вся вина их была в том, что они служили на благо Империи и не разделяли ваших взглядов воинственного быдла, продавшегося за иудины серебреники. Ах, да, вы же не знали… Лопатин работал на англичан, на эту их МИ-6, сам признался.

Стукнула входная дверь, и в комнату ворвались запыхавшиеся Кот и Рык с канистрами бензина в руках.