— Господин генерал-майор? — инструктор посмотрел на Старшего.

— Выдай ему, — махнул тот рукой. — Пускай полный выпустит и успокоится.

Ну да, успокоюсь я, как же… Следующие восемнадцать патронов я выпустил с садистским наслаждением, превратив свою и соседние мишени в дырку.

— Н-да, — констатировал инструктор. — Ты даешь.

— Даю, — хотя хотелось сказать «отдавался уже».

— Если бы не… Сколько тебе лет?

— Двенадцать.

— Если бы не двенадцать, он бы мог выступать за команду любого отдела.

— Рано ему еще, — успокоил инструктора граф. — Ладно, спасибо, Иван, мы, пожалуй, пойдем.

— А вы, господин граф? Сдавать будете? — с ехидцей спросил инструктор.

— Давай! — граф взял пистолет.

Ну на это стоило посмотреть. Граф встал в классическую армейскую стойку для стрельбы из пистолета, и тоже быстро выпустил три патрона. Кучно, очень кучно — вместо пробоины десятка больше напоминала трефу своими тремя перекрывающими друг друга пробоинами.

— Гляди ж, ты. Не потерял еще хватки, — хмыкнул граф, с удовлетворением разглядывая мишень.

— Эх, Ваше Сиятельство, как жаль, что вы покинули сборную управления! — прочувственно сказал Иван.

— Сам понимаешь, Ваня. Возраст, должность, заботы… — вздохнул граф. — И вот теперь семья. Вон какой наследник рода растет!

Граф положил руку мне на плечо и ласково потрепал. Я непроизвольно отодвинулся — не припомню что-то таких нежностей от Старшего.

— Да, кстати, как ты думаешь, сможешь дать ему рекомендацию для вступления в Императорское стрелковое общество?

— Думаю, что смогу, — внимательно посмотрел на меня инструктор. — Как раз, там нужны двое рекомендующих, вы, господин граф, и я. Хорошо. Хотя там и принимают с четырнадцати лет…

— Но исключения возможны. Сам давал рекомендации.

— Да, исключения возможны, господин граф.

— Ну и хорошо, — заключил граф. — А то боюсь до живодерства дойдет, всех соседских кошек перестреляет.

— Я никогда, — обиженно сказал я как обычный пацан. Все-таки неплохо я вживаюсь в роль.

— Ладно. Спасибо, Иван!

— Рад стараться, Ваше Превосходительство! — ну, смотрю, инструктора опять пробило на казарму.

— Ладно, пошли! — это он уже мне, открыл передо мной железную дверь тира.

Мы вышли тем же путем обратно, к машине.

— Вот на этом и палятся разведчики, — сказал в пространство граф, ведя джип по дороге.

— Вы про стрельбу?

— Да. Мелкий пацан, который стреляет, как взрослый спортсмен, может вызвать подозрения. Ты хотя бы смотри, чуть ухудши результаты перед посторонними, возникнут вопросы. Хотя обычно их и не задают, дурной тон все-таки, но коситься и подозревать будут. В обществе ни на какие соревнования, ни в сборные — никуда.