— Как у них работает защита? — я отбросил в сторону план периметра поместья и протёр шею. — Если они врубят свою заглушку, когда мы подойдём, то и защита должна будет навернуться.

— Нет, они на этот счёт подстраховались, — Костя Устинов протёр лицо. Мы практически двое суток почти не спали и жутко устали.

Отец сдержал слово: нам практически не помогали. Это должен был быть исключительно наш план от начала до конца. Если уж мы набьём шишки, то сделаем это самостоятельно. Единственное, что не обсуждалось, — нас будут страховать. Всё-таки это наша первая атака на клан, причём со всех сторон. А клан Кавамура даже для наших отцов лёгкой прогулкой не стал бы. Все всё прекрасно понимали, и хоть и скрипели зубами, но не мешали, и мы были им за это благодарны.

— У них какой-то стабилизатор в контур внедрён, — добавил Стёпка. — Независимый от внешних влияний.

— М-да, — я задумался. — Нужно учитывать в плане, что лаборатория и учёные не должны пострадать вот ни в какой степени.

— Это да, — Устинов с Ушаковым задумались. — Но вот будут ли они на нас работать, когда мы уничтожим клан?

В том, что мы его уничтожим, сами ли, или с помощью родителей, никто не сомневался. Но необходимо было сделать это как можно техничнее с минимальными потерями, с нашей стороны. Так, чтобы остальные десять раз подумали, прежде чем гадости против наших кланов планировать.

— Будут, — ответил Борька, падая в кресло рядом со мной. — Сотрудничать, я имею в виду. Ещё и клятвы клану принесут с радостью и огромным желанием.

— С чего бы? — Костя скептически хмыкнул.

— Они ронины, — Боря указал на стопку бумаг, которые притащил с собой. — Они бесправны, за них никто не вступится, когда мы их обдирать начнём. Хуже эта — у них так разного рода отбросы называются. Остаться без клана, а их клан вычеркнули из реестра, — позор на всю жизнь. А ещё, как оказалось, эти бедные учёные даже не могут покончить с собой. Не положено, много чести для каких-то там ронинов. Так что, если наш глава предложит им места в клане, они наперегонки побегут, тапки на ходу теряя, и самые страшные клятвы дадут. А там… Какую бы дичь господин ни придумал, будут выполнять всё смиренно, карма, мать их. Лишь бы снова без господина не остаться.

— Вот это я понимаю, высокие отношения, — я снова протёр шею. — Но это не решает проблему защиты. Без дара мы её не вскроем. То есть, мой источник они хрен заблокируют, но я не знаю, как это делать. А кроме меня… — И тут я замер, глядя перед собой. Облизал губы и, чтобы не передумать, быстро произнёс. — Есть один вариант, но он мне изначально ни хрена не нравится.