Через час, когда крышка открылась, увидев меня, Кристиан вцепилась в меня и стала рыдать навзрыд, я чувствовал её страх и ужас от пережитого, внезапно чуть-чуть успокоившись, она сказала:
— Никогда. Слышишь? Никогда больше не оставляй меня одну.
Глава 33. Контакт.
Один не разберёт, чем пахнут розы.
Другой из горьких трав добудет мёд.
Кому-то мелочь дашь, навек запомнит.
Кому-то жизнь отдашь, а он и не поймёт.
Омар Хайям
Капитан предложил остаться нам на временной базе до окончания демонтажа лаборатории. Мне дали возможность, беспрепятственно осматривать все находки и копировать носители, к нам с Кристиан относились как к гостям и даже советовались по некоторым вопросам.
На вторые сутки нахождения на временной базе, от патрульных дроидов поступили сигналы о движении в нашу сторону огромной массы живых объектов. После передачи не очень чёткого изображения, связь с роботами была утеряна. После потери очередного разведбота, высланного в место появления угрозы, по тревоге подняли всех. С корабля, висящего на орбите, запустили высотный разведчик, и картинка, которую тот передал, серьёзно всех встревожила. Огромная масса всевозможной живности медленно двигалась в нашу сторону, а гнали их разумные гусеницы. Общее количество живых объектов по мере продвижения постоянно росло, если вся эта масса набросится на лагерь, то его просто сметут, эвакуировать всё уже не успевали и было принято решение спрятаться в лаборатории, а снаружи все подходы, заминировать. Мы едва успели перенести все необходимые вещи, а часть отправили на сорок километров дальше от нашествия с небольшой охраной на грузовых платформах. Когда масса живых существ достигла остатков лагеря, то все почувствовали сильное ментальное воздействие, некоторые начали испытывать страх, другие панику, а у третьих превалировало лихорадочное возбуждение. Капитан отдал общую команду, и скафандры ввели всем подавляющие ментальное воздействие препараты, я заблокировал эту функцию у своего скафандра и сам поставил ментальный щит. С камер, расположенных снаружи, было видно, как лагерь похоронила под собой живая масса. Капитан произвёл подрыв нескольких зарядов, но они существенно повлиять на ситуацию не смогли. Через несколько минут холм в месте аварийного выхода плотно облепили живые существа, стремящиеся проникнуть внутрь. Стало понятно, что долго двери могут и не продержаться, поэтому капитан вызвал обстрел лагеря с орбиты. Вначале взорвались серии маленьких бомб, следом за ними ударили более мощные ракеты. На двадцать минут удалось расчистить пространство на месте лагеря, но постепенно оно опять стало наполняться агрессивной живностью. Следующий удар решили нанести по одному из ближайших селений разумных гусениц, где не было остатков древнего корабля. В течение десяти минут ракетами для уничтожения бункеров обрабатывали одно из поселений, и это, наконец-то, принесло результат. Внезапно ментальное давление исчезло, и живность стала постепенно рассасываться, а вместо них на место лагеря выползли три гусеницы, одна из которых была в два раза крупнее своих сородичей. Они так и остались стоять, и было похоже, что ждали нас на переговоры. Капитан собрался направить двух солдат и лейтенанта для попытки наладить контакт, но я обратился к нему: