предпочитали выгуливать собак подальше от «Неба».
– Всех клиентов нам распугает, – вздыхала Ангелина.
– Потеряем собачников – придут кошатники, – пожимал плечами Михаил, а затем, прищурившись,
смотрел на забияку. – И котята точно будут.
– Ничего, пристроим! – с улыбкой заверила его напарница. Она, похоже, больше не сомневалась
в том, что Цербер в очередной раз станет папой. Любопытно, что заботу о потомстве собирались
на себя взять «родственники» с отцовской стороны.
В кофейне Кристина чудесно провела время, выпила наивкуснейший кофе, съела круассан с
лососем и погладила царское пузо – Цербер сегодня тоже был в хорошем настроении. Затем
удалось ещё немного погулять на улице, и ближе к часу дня позвонила Катя.
– Всё, меня выписали, справка у меня.
– Отлично! Скоро буду! Кать…
– Чего?
– А давай я тебе что-нибудь вкусненькое привезу?
На несколько долгих мгновений сестра умолкла, а затем чуть слышно, будто сама себе не
верила, произнесла:
– Ну, давай… Круассан хочу. С ветчиной.
– Круассан? – просияла Кристина. – Будет сделано!
Чудеса! Право слово! Самые настоящие!
По лицу Кати сложно было определить, рада ли она тому, что её забирают домой или как раз
наоборот. Оно не выражало ничего. Кристина понятия не имела, как её развеселить. За каких-то
два года нить понимания между ними настолько истончилась, что, казалось, вот-вот и она
совсем порвётся.
– Катя, всё хорошо?
– Угу.
– Ты хорошо себя чувствуешь?
– Угу.
Вот и весь разговор, произошедший, когда сёстры Перовы покидали больницу.
С лечащим врачом встретиться не удалось, но у Кристины и не было такой цели. Всё, что
нужно, родители обговорили с ним ещё вчера. А заодно и получили номер специалиста, к
которому неплохо было бы обратиться, чтобы решить Катину проблему с едой. Увы, в больнице
скрой помощи, где приоритеты совершенно другие, ей помочь не смогли.
– Ну что ты? – улыбалась сестре Кристина, когда они выходили на улицу через приёмный покой,
снова пытаясь добиться хоть какого-то вразумительного ответа. – Что такое?
– Ничего, – помотала головой Катя, а потом исподлобья посмотрела на сестру. – Ты круассан
привезла?
– А как же! Самый вкусный! – В рюкзачке у Кристины своего звёздного часа дожидалась
картонная коробочка из «Неба», на которой красовался всё тот же несравненный Цербер. На сей
раз он возлежал на излюбленной подушечке с золотыми кисточками.
– Давай.
– Что, сейчас?
– Угу.
Кристина чуть нахмурилась. Она не думала, что Катя захочет съесть круассан возле больничных
стен. Если честно, она предполагала, что ей вообще придётся её уговаривать откусить хотя бы