Написала Катя и выразила своё сожаление по поводу того, что сестра так сильно заболела.
Кристина немножко удивилась, но безмерно обрадовалась. Всё-таки её Катюшка ещё осталась
внутри повзрослевшей Кати.
Пятница, как и четверг, тоже почти полностью прошла мимо Кристины. Запомнилось только милое
видео, на котором Анечка и Никита желают ей скорейшего выздоровления, а Кирилл обещает
привезти кофе, как только ей станет хоть чуточку легче.
Да ещё запомнились, пожалуй, вести о сестре. В понедельник обещали её выписать, на сей раз
действительно. К сожалению, здесь ей больше ничем помочь не могли. Желудок ей, насколько это
вообще возможно за столь короткое время, подлечили, а дальше уже лекарства дома и наблюдение
у гастроэнтеролога по месту жительства. Увы, с чем ей помочь вообще не получилось, так это с
отношением к еде. Палатный врач попросил медсестёр особенно приглядывать за Катей, потому
что беспокоился из-за её питания. Выяснилось, что всю еду, которую ей привозили родители,
она раздавала, а что-то и вовсе выбрасывала, больничный же паёк ковыряла вилкой и съедала
только то, что считала наиболее диетическим. То есть, почти ничего.
Предстояла огромная работа. И всё бы ничего, но начиналась учёба.
«Первое сентября» выпавшее в этом году на второе, одиннадцатиклассница Екатерина Перова
благополучно пропускала по уважительной причине, как и торжественную линейку, на которой она
и так не хотела присутствовать. В общем, можно сказать, не было бы счастья, да несчастье
помогло.
Но это всё потом, а пока до понедельника ещё было далеко – выходные, целая вечность, если
уметь их правильно растянуть. Кристина, увы, подобными навыками не обладала. В субботу она
проснулась почти к обеду с ощущением того, что пропустила что-то важное. Но кроме завтрака,
на ум ничего не приходило. Сообщений от Кирилла пока не было, а значит, в этой части своей
жизни она ничего не упустила. Родители? Катя? Вроде бы ничего такого…
В квартире Кристина находилась одна – наверняка мама и папа уехали в больницу. На сковороде
лежали остывшие сырники, а на столе в хрустальной вазочке приманивало к себе неземным
ароматом клубничное варенье. И Кристина почувствовала, что ужасно проголодалась. К тому же
за эти дни она ни разу не пила кофе и сейчас поняла, что время пришло. Подогрев сырники и
сварив кофе, она уселась за стол и глянула в окно, чтобы посмотреть на улицу хотя бы так,
ведь почти за неделю она ни разу не вышла из дома. И тут же увидела Рыжика. Он сидел на
дорожке, задрав голову вверх, Кристина могла бы поклясться, что он смотрел ей прямо в глаза.