Глава 1
Такси остановилось у ворот родительской дачи. Мы выгрузили сумки, и водитель, не задерживаясь, укатил обратно в город. Я с наслаждением потянулся и вдохнул чистый дачный воздух, а вместе с ним и запах спелых яблок. После сегодняшнего утра это подействовало на меня лучше любого успокоительного. Целое утро я куда-то нёсся, считал минуты, сбрасывал звонки и сочинял на ходу отмазки, а здесь торопиться было уже некуда, и телефон в кармане молчал.
Мы вошли во двор, и почти сразу на крыльце показались родители. Мама спустилась к нам первой. Меня она обняла на ходу и чмокнула в щёку, а потом развернулась к Марине и раскинула руки.
— Мариночка, как хорошо, что приехала! — Мама расцеловала её в обе щеки.
Батя пожал мне руку, хлопнул по плечу и коротко бросил:
— Здорово!
Затем он повернулся к Марине, и голос у него сразу стал мягче:
— Здравствуй, красавица. Молодец, что приехала.
— Здравствуйте, — ответила Марина. — Красиво у вас здесь.
— Это да, — с гордостью согласился батя, и родители взялись за Свету.
— А вот и наша студентка! — воскликнула мама, сгребла мелкую в охапку и расцеловала. — Поздравляю, моя умница! Я ведь знала, что поступишь!
— Поздравляю с поступлением, Светлана! — торжественно сказал батя и протянул ей ладонь.
Света не сразу сообразила, что ей предлагают пожать руку, а сообразив, торопливо поставила сумку на землю и вцепилась в батину ладонь обеими руками.
— Сегодня ты у нас главная, — продолжил батя. — Шашлыки в твою честь, так что командуй.
Что отец подразумевал под «командуй», не понял никто, а Света от такого внимания совсем растерялась.
— Да… спасибо… — пробормотала она. — Но я не умею командовать.
— Научишься, — пообещал батя.
Света на всякий случай кивнула, подняла с земли сумку и прижала к себе, будто её кто-то собирался отнять.
— Вы же с ночёвкой, я надеюсь? — спросила мама. — Я уже всем постелила. Вечером я вас никуда не отпущу, даже не думайте.
Мама всё решила за нас, и спрашивала она только для порядка. Что так будет, я знал, поэтому ответ приготовил заранее: работы много, завтра дела, извини, мам, никак. Если бы мы приехали налегке, я бы так и сказал, и после шашлыков мы спокойно уехали бы в город. Но у Марины в руках была сумка с вещами на ночь, и заводить теперь разговор про работу было неудобно: выходило, что она собиралась, а я её выставляю. Так что спасибо мелкой: шансов свалить вечером домой у меня не осталось никаких.
Затем я вспомнил про подарок Лёнчика, расстегнул сумку и достал пачку чая.
— Бать, держи, это тебе, — сказал я. — Подарили, а мне одному его до пенсии не выпить.