— Я сделал всё, как ты сказала, — У Сеон кивнул. — Кроме обычного оборудования я взял кое-что ещё, что просто нельзя будет соотнести с техникой.
— Молодец, я всегда знала, что могу на тебя положиться.
— Расскажи хоть вкратце, что нам предстоит.
— Если бы у меня всегда был чёткий план, я не была бы собой, — рыжая журналистка подмигнула напарнику. — Я всегда действую по наитию сообразно обстановке. Главное, что ты должен помнить: мы работаем на Юми Нам, всё остальное неважно. Как бы и что бы не происходило, какие бы слова не лились из моего рта, мы с тобой намертво преданы своей начальнице.
— Это всё из-за болезни её отца? Я слышал, что там начались какие-то поползновения…
— Ни слова больше. Много будешь знать, плохо будешь спать.
— В некоторых случаях я предпочёл бы бессонницу, — усмехнулся Чон У Сеон, но тут стал серьёзным. — Ладно, давай к делу. Я следую за тобой, как тень и исполняю все приказы. А также записываю и запоминаю всё. В случае непредвиденных ситуаций рвусь напролом.
— Я надеюсь, их не будет. В остальном ты молодец.
Через десять минут они вдвоём уже стояли возле приёмной Ём Аина, глядя на его секретаря.
— Вам назначено, — осведомился тот, взглянув на них поверх изящных очков.
А дальше произошло то, к чему были привычны только те, кто хорошо знал Сёмин Сек, а таких людей было очень немного. Она совершенно незаметно поменяла позу, но при этом стала чуть ли не на голову выше. И все её манеры тут же подчеркнули аристократку до мозга костей.
Секретарь даже немного отпрянул в своём кресле, чуть отклонив голову, словно присматриваясь к посетительнице повнимательнее.
— Вы что, — поинтересовалась Сёмин, хлопая огромными ресницами, — не узнали меня? Вот же шь! А мне утверждали, что все меня знают. И я полагала, что в обители великого Ём Аина меня точно признают.
И всё это было сказано столь искренне, что даже У Сеон в душе посетовал на то, что его коллегу не узнали.
— Возможно, господин Аин вас хорошо знает, а я вот, признаться, вижу впервые. Поэтому и спрашиваю: вам назначено?
Последние два слова он проговорил довольно мягко, но с очевидным нажимом.
— Скажем так, все знают, что уважаемый господин Аин собирает сейчас под свои знамёна всех возможных единомышленников. А я — один из его самых больших почитателей и единомышленников.
Чон У Сеон в этом моменте внутренне поморщился, потому что ему показалось, что его коллега переигрывает. Но увидев эффект, решил, что так и надо.
Секретарь кивнул, поправил свои элегантные очки и достал небольшой планшет, куда записывал посетителей. Хотя вся обстановка говорила У Сеону, что сейчас на столешницу должен шмякнуться огромный гроссбух, после чего начнётся шуршание страниц.