— Тебе Чебурах рассказал, что так можно?
— Намекнул, — обтекаемо ответил я. — Уточнив, что так можно. И вот тут у меня для тебя неприятные новости. Потому что тот первожрец, который устраняет первожрецов других богов, скорее всего, получил свои знания не от своего бога, поэтому с точки зрения уклада, это не было нарушением.
Я специально снова использовал слово «уклад», чтобы Белькьяу позлился. Я надеялся, что в этом состоянии он сможет мне выдать больше информации.
— Если это так, то нам всем хана, — откровенно сказал хомяк и вздохнул, после чего потянулся за посохом.
— Так, стоп! Ты же меня вытащил с того света. Не для того ли, чтобы я всё порешал?
— Нет! — мордочка моего гостя задралась вверх с явным вызовом. — Я ещё раз говорю, что вытащил тебя только для того, чтобы ты строил храмы и приводил ко мне поклонников, всё! Я тебе жизнь, ты мне — энергию. Это был взаимовыгодный договор. Но вместо этого ты сначала занялся своей жизнью, а теперь пытаешься втравить меня в конфликт с другими богами.
— Ты что-то путаешь, — проговорил я с кривоватой ухмылкой, не в силах стереть её с лица. — Когда ты обратился ко мне, то упомянул, что несколько человек уже провалили миссию. А это означает, что на тебя уже давно положили глаз, и пытаются тебя уничтожить. Но ты всё ещё пытаешься надувать щёки. Я был твоим последним шансом, так? Ты же специально нашёл креативщика! Вот я и креативлю! Белькьяу, либо мы сейчас разговариваем по душам, либо возвращай меня в моё тело, и я спокойно помру. А можешь и в этом убить, если хочешь!
Я почувствовал невероятное облегчение. Словно разом с меня свалилась целая гора. Поэтому я с удовольствием вздохнул, заложил руки за голову и завалился на подушки.
В конце концов, умереть в родной стране будет не так уж и плохо. Всё равно мне на кладбище уже год прогулы ставят.
Белькьяу застыл.
В какой-то момент мне всё показалось бредом сознания. Я даже хихикнул, представив, что какой-то сумасшедший таксидермист подложил мне чучело метрового хомяка, чтобы просто посмотреть на мою реакцию.
Не знаю, сколько времени прошло. Мне показалось, что я даже успел подремать. Солнце же уже довольно высоко поднялось над горизонтом, и его лучи, проникая через окно гостиницы, ложились на пол прямыми линиями.
— Хорошо, — внезапно хомяк ожил, словно к нему снова подключили питание. — Допустим, ты прав. Давай мы обсудим все твои вопросы. На какие смогу, на такие отвечу.
— А где искать ответы на те, на которые не сможешь ответить?
— Ты знаешь, где. Ты сам уже мне об этом сказал.
— Но к Чебураху я больше не попрусь. Да он и не скажет ничего. Тоже сам себе на уме. Вы вообще ребят, не очень-то и дружелюбные, да?