«Вот они мы, приехали, лечите нас! Ни медкарты, ни анализов… ни-че-го, — почти весело подумала Ирина Михайловна, — Ну что же, начнём лечить!»

В таком состоянии пациента полноценный сбор его анамнеза невозможен. А что там блеет Лизка? Да наплевать. Установочные данные Олега для медицинской карты она все итак помнила — Даль Олег Иванович, русский, родился в Москве 25 мая 1942 года, 38 полных лет, артист театра и кино, рост 185 см, женат (формально, но до сих пор на Лизке!) Да, предварительный диагноз — алкогольная эпилепсия, но надо ещё уточнять.

И доктор Машкова начала пальпировать пациенту череп под волосами. Когда-то студентка-медичка Ирочка Копылова их так любила гладить. А он бесконечно мурлыкал под её руками. Нравилось ему.

«Так… есть! Два шрама. Следы от ударов. Один зашит, другой нет, видимо так зажил. Температура. Давление. Пульс. Всё плохо! Стетоскоп. Ритм сердца на слух синусовый. Слава Богу, нет аритмии (проверить по кардиограмме!). Кожные покровы — очаги депигментации, участки „шагреневой кожи“, фиброзные бляшки, плоские ангиомы на лице в зоне иннервации тройничного нерва. В полном наборе»

Всё! С Олегом более-менее ясно, тут и думать нечего. Надо было его немедленно отправлять на Пряжку (старейшая психиатрическая больница Ленинграда на набережной Мойки, 126) . Там хороший знакомый заведовал профильным отделением. Он всё устроит в лучшем виде — отдельная палата, хорошее отношение персонала. И она Олега за полгода обязательно вытащит! И не таких вытаскивала. Только вот Лизку… нафиг! И чтобы никаких посещений родственников. Запретить! Сама, сама. А потом… А потом суп с котом! Всё, собралась во врача! Ишь поплыла, дура старая!

— Значит так, Елизавета Алексеевна! — обратилась доктор Машкова к смирно сидящей на стуле Лизке тоном не терпящим возражений, — Олега Ивановича я у Вас забираю. Прямо сейчас. Паспорт его давайте мне и вот здесь распишитесь в журнале, что не возражаете и согласны на его лечение в условиях стационара.

И пока Лизка расписывалась в журнале, так и не уловив главного смысла ей сказанного «…я у Вас забираю», доктор Машкова позвонила в Скорую. Обычное дело, транспортировка «психиатрического» больного из ПНД-9 на Пряжку по назначению лечащего врача. Но в ближайшей новой Восемнадцатой подстанции по ул. Народная, дом 47/2, свободных «психиатрических» спецбригад не было, все на выезде. Осеннее обострение же у городских психов-алкашей.

— Или ждите, или звоните на Первую подстанцию, они побогаче! — сказала ей диспетчер Восемнадцатой.

И Ирина Михайловна позвонила в Первую. Оттуда до неё минут тридцать езды РАФику с работающей синей «мигалкой», а то кто его знал, когда на Восемнадцатой что-то освободится. Ничего, она лучше подождёт немного.