— Гена! Гена! Ну просыпайся! Ты же хороший!

— Не могу сказать, что именно так представлял себе доброе утро, — пробурчал я, чувствуя, как болит голова и пытаясь сообразить, сколько сейчас времени. Самочувствие подсказывало, что я проспал не очень много, но что могло произойти с Емелей в столь неурочное время? С крысой в подвале подрался? Или подглядывал за шалящими супругами, а в какой-то момент спалился от неуклюжести?

— Гена, там Афанасия кирпичом привалило, — подпрыгивал на месте от нетерпения Емеля. — Мы его откопали, конечно, но дедушка говорит, что абы как лечить не следует, а значит надо либо к целителям Афанасия вести, либо в обычную больницу отправлять. А в городской опасно, может контроль потерять и тогда совсем бяда будет.

Он так и произнес, не «беда», а «бЯда», причем получилось у него это настолько выразительно, что кому угодно сразу станет понятно, что «бяда» это не просто какая-нибудь неприятность, а прям совсем финиш, после которого ничего хорошего. Одно слово — «бя-яда-а».

У меня правда все-равно вопрос остался, как можно госпитализировать домового в обычную городскую больницу и почему его внешний вид не вызовет там никаких вопросов, но я решил, что этот момент можно и попозже уточнить. Раз Емеля так уверенности рассуждает о такой возможности, то значит как-нибудь точно можно. Может быть, домовые как карлики идут, я как-то раньше о подобной возможности не задумывался. Или… Так, стоп, мою фантазию явно не в ту степь несет. В памяти уже начали всплывать некоторые африканские племена, развитие детей в которых явно шло не по норме.

— Геннадий, помогите нам, — голос Емели ощутимо дрожал. — Афанасия камнями сильно побило, боюсь может и до утра не дожить.

— Да успокойся ты, — прикрикнул я на коротышку. — Не нагнетай, так-то мне и самому страшно.

Меня действительно охватил мандраж, с которым оказалось довольно сложно справиться. События прошедшего дня убедительно показали мне, что целительство гораздо более сложный процесс, чем просто помахать ручками и сказать «у собачки боли, у Афанасия не боли». Но не звонить же Надежде Владимировне, тем более…

Е-мое! Я взглянул на часы и простонал от досады! Теперь понятна причина головной боли! Три часа ночи, я даже заснуть нормально не успел, поэтому и соображаю сейчас частично.

Так… Ключи, телефон, сигареты… Я задумался, стоит ли брать с собой бинты и перекись водорода, но быстро пришел к выводу, что это лишнее.

— Пошли! — коротко выдохнул я и устремился вслед за домовым.

Все мои расчеты на то, что Емеля применит какую-то особенную магию и мы начнем перемещаться сквозь стены, рассыпались в пыль, как только мы вышли на лестничную площадку. Домовой суетливо оглянулся по сторонам и… вызвал лифт.