— Нет, я точно видел. Фигура Смерти прямо рядом с тобой.

Его заявление слегка выбило меня из колеи. Не ожидал, что он сможет увидеть что-то подобное.

— Как ты узнал? — я прищурился, пытаясь понять, насколько он серьёзен.

— Это правда? — Иван выглядел ещё более потрясённым. Он был напуган до чертиков.

Я понял, что он просто строит догадки, ничего не видя на самом деле.

— Правда? Ты вообще о чём? Ты под кайфом, что ли? — я попытался отмахнуться от его слов, как от нелепой шутки.

— Нет, я уверен. Григорий, кто ты на самом деле? — в его голосе слышалась настоящая тревога.

— Я тебя вообще не понимаю. Поехали другим путем, — решил свернуть этот разговор, пока он не зашёл слишком далеко.

— Григорий, ты уверен, что со мной ничего не случится? Меня же не заберет Смерть? — зазвучали нотки паники, как у ребёнка, боящегося темноты.

— Если не заткнёшься, он точно заберёт тебя. Ты слишком много треплешься, — усмехнулся, не в силах удержаться от очередного подкола.

— Ладно, ладно, молчу, — буркнул Иван, всё ещё глядя в зеркало с опаской. Но не выдержал и добавил: — Григорий, передай привет смерти от меня. Клянусь, это последний раз, когда я открываю рот.

— Следи за дорогой, — закрыл я лицо ладонью. — Прошу, если будешь отвлекаться, действительно сдохнем.

— Григорий, а что там Смерть ответила?

— Ты ж говорил, что это было последнее предложение?

— Сейчас это последнее. Тогда было предпоследнее.

— Если скажешь ещё хоть слово, попрошу смерть сделать это последнее предложение твоим последним.

— Не надо, мы же братья!

— Кто твой брат? У меня нет такого старого брата.

Иван, этот балабол, не умел держать язык за зубами. Даже когда был уверен, что Смерть где-то рядом, всё равно трепался без остановки. Понятно, почему — пока я рядом, он знал, что не помрет. Со мной можно смотреть в будущее без страха.

— Григорий, а Смерть может появиться для меня? Хочу его увидеть.

— Спать буду. Разбуди, когда приедем.

Иван уже разговаривал сам с собой:

— Смерть, как думаешь, сколько мне ещё жить? Не умру от диабета?

— Ты, может, не знаешь, но я, хоть и выгляжу как религиозный, на самом деле поклоняюсь дьяволу и смерти.

— Если я стану твоим верным последователем, дадут мне бессмертие? Или хотя бы лет десять к жизни накинут?

— Григорий не подходит на роль твоего посланника. Может, кого другого выберешь?

— Иван, я не сплю, — бросил я на него взгляд.

— Извини, просто хотел проверить, могу ли я управлять Смертью.

Игнорировал я его трёп. Этот толстяк средних лет напоминал подростка-гика.

— Смерть, можно мне кое-что узнать?

После часа его болтовни, мы, наконец, доехали до моего дома. Я тут же выскочил из машины.