Я вздохнул.

— Всё так плохо?

Куратор пожал плечами.

— Ситуация такова, что искать крайних нет никакого смысла, но осознание этого придёт лишь после того, как утихнут эмоции. — Он допил пиво, промокнул губы носовым платком и скомандовал: — Всё, едем! Ещё документы на тебя оформлять!

На сборы мне отвели час, и это ещё повезло. Зенитная рота лишь формально выдвигалась в Зимск «завтра», погрузиться в грузовой поезд мне с будущими сослуживцами надлежало в половине первого ночи. А до того требовалось утрясти все формальности, коих намечалось весьма и весьма немало.

Одно дело — командировка в составе военной кафедры и совсем другое — временный перевод в пограничный корпус! Кандидатуры остальных наверняка не одну неделю согласовывали, а меня в ускоренном режиме в последний вагон запихнули, буквально коленом под зад.

Под зад, да…

Выброс адреналина отпустил, азарт схлынул, стало обидно и горько.

Я ведь такого матёрого шпиона завалил, а всей награды — разве что без чтения нотаций обошлось! Нет, прекрасно понимаю, что в моих собственных интересах на время Новинск покинуть, да только эмоции обуздать это обстоятельство не слишком-то и помогало. Нельзя сказать, будто слёзы на глазах наворачиваются, но чувствовал себя препогано. Ещё и с Лией возможности повидаться не выпало!

Отчасти утешало лишь обещание Альберта Павловича выправить временный перевод сроком на месяц и вернуть меня обратно в Новинск сразу, как только уляжется пыль. Хотелось верить, что обойдётся без осложнений и моя командировка завершится вскоре после начала учебного года, потому как тянуть лямку в пограничном корпусе вместо посещения лекций и семинаров — нет, не хотелось совершенно.

Заныло сердце, обуяло нестерпимое желание выругаться в голос, но задавил истерику в зародыше, не позволил себе сорваться. Теперь-то чего уже психовать? Получилось, как получилось. Жив-здоров, а это главное. Ещё и повышение гарантированно получу. Раз числюсь в резерве корпуса младшим сержантом, у пограничников дадут младшего вахмистра. Плохо разве?

Сказать по правде — мне бы и даром дополнительная лычка не сдалась, но лучше уж так, чем снова рядовым оказаться.

Опять же — а ну как теория доцента Звонаря подтвердится и за месяц вне зоны повышенного излучения моя сопротивляемость сверхэнергии снизится достаточно, чтобы выйти на пик витка? Было бы здорово! Эх, мечты-мечты.

Сборы много времени не заняли, и уже минут через двадцать я вышел из комнаты с закинутым за спину вещмешком.

— Вот ты внезапный! — покачал головой безмерно удивлённый моим отъездом Миша Попович. — Хоть к первому сентября вернёшься?