Моего лучшего кореша местного алькальда нигде не было видно. Что же это такое, где же ты? Приди!

Магия поиска пришла мне на помощь в этом нелегком деле. Пройдя анфиладу разнообразных комнат, я обнаружил его на женской половине, где он спрятался среди нарядов, да ещё и замотался в такую жару в платок, и где только нашёл его?

Обмен любезностями состоялся в виде борьбы артефактов и амулетов, но я был опытнее и гораздо разнообразней.

— Аааа! Аааа! — не очень связно отвечал он мне, когда я распутывал его из женских одежд. Боялся, наверное, что я воспользуюсь его прелестями. Но я совсем не такой. Плохо он обо мне думал.

— Ну, говори, как подрезал, как воровал, как грабил, как уничтожал? Ммм⁈

— Я? Нет, это не я! Это всё он!

— Кто он?

— Он! Маг! Чернокнижник! Он заставил меня похитить и продать твой корабль, ему нужны были деньги для опытов. Он чернокнижник.

— Да? Это я уже слышал, — поморщился я на жалкие оправдания. Пора кончать этот балаган. — Этот что ли? — я залез в сумку и предъявил во второй раз голову зловредного мага.

— Да, это Оппиниус.

— Оппиниус? Что же, очень неприятно было с ним познакомиться, но держи, он больше не опасен, — и я швырнул трофей. Голова ударилась о голую грудь Альфредо, забрызгав его кровью и, отскочив, покатилась по полу.

Синдик завизжал и совершенно побелел от страха.

— Корабль мой кому продал?

— Пиратам.

— Ммм, как пришло, так и ушло. Хорошо. Давай с тобой так решим, я отрезаю тебе руку, потому как ты вор, и оставляю тебя в живых. А ты мне за это триста тысяч реалов! Согласен?

— А? Не надо руку!

— Хорошо, а что тогда? Гениталии?

— Нет.

— Ну, хорошо, тогда ухо возьму, но что насчёт денег?

— У меня нет такой суммы.

— Прекрасно, мне пришла в голову мысль, что месть — это дело, конечно, хорошее, но деньги важнее. Давай, ты мне триста пятьдесят тысяч реалов, а я тебе ничего отрезать не буду! Согласен?

— Согласен, но у меня нет таких денег.

— Так это, — по примеру рэкетиров предложил я, — Займи у кого-нибудь. Виллу продай, казну ограбь. Мне всё равно. Деньги на бочку, и вперёд, живи, а я вернусь в Испанию.

— Мне нужен Фома Пьянчинни, — выдавил из себя Альфредо.

— Зачем?

— Он хранитель всей кассы нашей общины.

— А, ну тогда пойдём за ним, он в ратуше сидит, связанный, а мы пока поищем то, что у тебя есть здесь.

Сказано сделано. И я стал искать деньги. Сначала были пойманы и допрошены все слуги. Пришлось немного поизгаляться и над их патроном.

Я качал его, как ребёнка. Подкидывал высоко над крышей дома магией воздуха, а ловил у земли магией воды, но так, чтобы он отбил себе все ягодицы. Часа через два я собрал всё золото, драгоценности и деньги, которые здесь нашёл. Загрузив их, мы сели на ослов и ещё парочку, навьюченных конфискованным добром, вели рядом.