— Точно не скажу. — Я подошел к карте, отыскал Ижору и провел пальцем наискосок через лес. — Вот здесь дорога на Гатчину проходит. А от нее теперь еще одна идет — до моста. Получается, вот тут форт и стоит, прямо за Невой.

— Далеко забрались. От Пограничья километров восемь по прямой будет. — Дядя подошел и встал со мной рядом. — И совсем близко к Горчаковым. Я бы так рисковать не стал.

— А Зубовы стали, — вздохнул я. — И не просто так. Смотри. — Я снова пробежался взглядом по карте, отыскивая Великанов мост. — Вот здесь мы с Жихарем тогда их дружинников встретили. С машинами — значит, не просто бродили. Шли наверняка из форта, а куда?.. Вот сюда, получается.

Мой палец прочертил линию между двумя точками, но не остановился в Тайге неподалеку от моста, а поехал дальше, пока не уткнулся…

Нет, не в заимку, конечно же — выше. В крохотную голубую кляксу километров на пять-шесть севернее развилки дороги, которая вела к избушке Молчана.

— И что там такое? — Полина осторожно отодвинула дядя плечом. — Озеро какое-то, что ли?..

— Не знаю, что там, но оно очень сильно интересует его сиятельство Николая Платоновича, — усмехнулся я. — А теперь и меня тоже. Потому что в этих местах, судя по всему, появились автоматоны.

— Думаешь, наш Паук тоже оттуда? — догадался дядя.

— А откуда ему еще взяться? Пришел с севера. — Я для пущей убедительности съехал пальцем от озерца вниз, до того места, где от руки было нарисовано крохотное здание с частоколом. — Вокруг заимки еще дед мой наверняка все облазал — точно не пропустили бы.

— Ну одного, может, и пропустили… — Дядя задумчиво наморщил лоб. — Но если зубовские столько металла добыли, значит, их там как бы не дюжина.

— Все еще считаешь, что отец искал то, чего нет?

Я осторожно покосился туда, где на карте до сих пор было видно отпечаток моего большого пальца. Пытаясь понять, где именно находится место, которое отец отметил крестом на клочке бумаги, я запросто мог промахнуться и на километр, и на два, и на все пять. Но оно все равно оказалось подозрительно близко от озерца, к которому держали путь дружинники из Гатчины.

— Не о том думаешь, Игорек. — Дядя явно не горел желанием обсуждать несостоявшуюся экспедицию покойного князя. — Пусть зубовские в Тайге хоть картошку выращивают — нам сейчас тут порядок бы навести. Дружины всего ничего, денег…

— Деньги будут, — отрезал я. — А с дружиной — есть у меня одна мысль. Пойдем-ка прогуляемся. — Я повернулся к сестре. — Полина Даниловна, вы не возражаете?

— Ни в коем случае, — улыбнулась та. — У вашего сиятельства много дел.