Мы с Вольтом переместились в Иссил и сразу же направились на больничный этаж. Не заглядывая к Назару, я постучал в палату Надежды.

— Войдите, — крикнула она, а потом торопливо направилась к двери, чтобы распахнуть её. — Спаситель?

— Здравствуй, Надежда, — я улыбнулся и шагнул в палату. Белая мебель и белые стены в этом помещении были как раз-таки кстати, в отличие от апартаментов в небоскрёбе.

— Ты пришёл забрать долг? — спросила она с лёгкой улыбкой. — Я знала, что всё имеет свою цену.

— Вообще-то нет, — мягко сказал я. — Ты хотела новый мир и новую жизнь. Я могу дать тебе нечто большее.

— Дать? Мне? — Надежда отшатнулась и прижала руки к груди. — Почему? Почему ты так добр ко мне? Почему раз за разом ты только даёшь, но не просишь ничего взамен?

— Ты ещё даже не знаешь, что именно я хочу предложить, — я покачал головой. — Это не совсем дар. Да, это будут новые возможности, но и ответственность будет большая.

— Говори же! Я хочу отплатить тебе хоть чем-нибудь, — она стиснула руки и напряглась всем телом.

— Я хочу предложить тебе стать Хранителем этого мира, — мои слова упали на голову Надежды, словно тяжёлый молот на наковальню. Я видел, как женщина покачнулась и чуть не упала. — Но ты не должна соглашаться только из чувства благодарности. Ты свободный человек, и вольна принимать любые решения.

— Что… что нужно будет делать? — спросила Надежда, облизнув губы и сглотнув. — Ты уверен, что я справлюсь?

— Ты точно справишься, — я тепло улыбнулся ей. — Ты прошла испытание болью и пытками, безумием и отчаянием. И ты сохранила человечность, доброту и желание помогать людям.

— Но я всего лишь… — она уронила голову на грудь, а потом резко выпрямилась. — Я всего лишь была собой.

— Именно это я и ценю, — я положил руки на её предплечья и чуть сжал пальцы. — Именно то, какая ты. Мои Хранители не справились с бременем силы и власти. Они предали меня и предали саму свою суть, ради которой были созданы.

— Созданы… — пробормотала Надежда. — Ты их создал? Ты… ты бог?

— Есть немножко, — я усмехнулся и подмигнул ей. — Но я остался прежним. Я — князь Юрий Громов, верховный инквизитор, и просто мужчина, который защищает тех, кто ему дорог.

— Расскажи о Хранителях, — попросила Надежда. Её тело немного расслабилось, и сама она как-то стала спокойнее. — Теперь я понимаю, почему ты ничего не просил взамен. Богам это просто не нужно. Ты такой, какой есть — добрый, справедливый, мудрый и сильный.

Мне пришлось мысленно приструнить Вольта, который заржал так, что затрясся всем телом, будто в припадке. Селестии хватило моего взгляда, чтобы прикрыть ладошкой рот и изобразить серьёзное лицо. При этом Вольт хохотал над словами о мудрости, а богиню насмешило то, что меня посчитали добрым.