— Лихо, — присвистывает Ирма.

— Воооот. — Фиксатор наконец поддаётся. — Но это только цветочки. Ягодки: жена, в качестве, м-м-м, невестки по-вашему, наверное… на это время местами теряет все права хозяйки дома. Блин, вот тут не знаю, как на ваш язык переводить — у вас слов таких нет. И понятий. В общем, у жены остаются только обязанности: готовить еду, мыть посуду, обеспечивать комфорт гостям и так далее. В течение всего их пребывания. Особенно круто бывает, когда в доме пара маленьких детей, допустим возрастом в год и два. А тут ещё трёх бабуль обслужи параллельно.

— Какая-то печаль и тоска. — Рассудительно говорит Ирма. — Зачем оно надо?

— Вот со временем этот вопрос очень много кто начал себе задавать, — смеюсь, — и конфликты стали иметь место. По мере взаимопроникновения цивилизаций и обмена культурами. Моя мать рассказывала… Говорит, только детей угомонишь, уложишь, работы по хозяйству масса. А тут «гостям» чаю захотелось. Часов в одиннадцать вечера.

— Это же надолго? — Ирма уже местами в курсе наших реалий за сегодня, и частично в них ориентируется.

— Часа на два-три процедура, — утвердительно киваю. —Келин , ну, жена сына, уйти с кухни не может. Всё это время должна ухаживать: чай держать горячим, сдобу на столе, сладости чтоб в пиалах не кончались, подливать чай в пустеющие пиалы, не более чем на треть. Пиала гостя не должна быть пустой, — добавляю. — Это тоже против правил.

— Какой-то зверский ритуал. Ужас. — Морщится Ирма.

— Ну, мне-то нормально, — веселюсь от её выражения лица. — Мужчины ж домашней работой не занимаются. А вот мать говорила, встарь хоть с утёса прыгай от безнадёги: «гости», помимо того что ухода и времени требуют, на правах старших женщин суют нос в каждый угол, уже на предмет контроля: а как ты тут за моим сыном ухаживаешь? А всё ли ты нормально, как хозяйка дома, делаешь?

— Убила бы, — коротко роняет Ирма, переставая рассматривать ногти.

— Не тебе первой в голову пришло, — веселюсь. — Так и это не всё. Иллюстрация из жизни: одна из апаек пошла спать пораньше, часов в двенадцать ночи. Две других остались сидеть до двух часов.Келин , соответственно, тоже. Потом — помыть посуду, когда гости спать пошли, убрать всё. Ложится невестка, в общем, в три. А в семь просыпается та первая бабка, которая в двенадцать спать пошла.

— Получается, снова бежать на кухню и за ней ухаживать? — недоверчиво интересуется Ирма.

— Ага, — киваю. — Дальше — самая ягодка. Покакелин потчует первую бабку, та ей учиняет ревизию: а нормально ли масло взбито? А как ты кефир сбраживаешь? Айран по-нашему… а в плове в зирвак какие травы добавляешь? А посуда у тебя какая? А казаны покажи, чистые ли? В общем, там долго перечислять… В это время из другого конца дома вторая бабка зовёт всё ту же келин, чтоб разобраться, а как она цветную одежду стирает отдельно от однотонной, если вдруг стирки много. И какие средства для стирки использует.