— Короче, Склифосовский! — оборвала меня старшая. Я опешил. Ну, говорил я иногда такую фразу, и сейчас на мне традиционная одежда лекаря, но чтобы услышать такое здесь, в степи, от случайно проезжающих ларг⁈ Надо повнимательнее следить за своей речью, а то ведь они и материться по земному научаться!
— Простите, что отвлекаю вас от несомненно важных дел, уважаемые, но не угодно ли вам развлечься?
— Ты чего несёшь, придурок⁈ — начали заводиться уже обе ларги.
— О, ничего плохого или противозаконного! Могу предложить вам мальчиков для развлечения! — и указал на свою команду.
Теперь опешили ларги.
— Ты сводник, что ли?
— Помилуйте, это просто мои рабы, и всего лишь за малую серебряную монетку они будут счастливы доставить удовольствие таким красавицам!
Наступила напряжённая тишина. Мне даже показалось, что сейчас на меня бросятся все — и женщины, и мужчины. Но старшая взяла себя в руки.
— Ты знаешь кто мы? И чем может закончиться для твоих рабов такое «развлечение»? — зловещим тоном спросила она меня.
— Ну кто же не знает «боевых кошек» Империи! — сделал я восторженные глаза — А насчёт рабов не беспокойтесь. Возможно, они покажутся вам и не очень умелыми, но в самый важный момент у вас не будет повода сердиться на них — надеюсь, добавил я уже про себя.
Сначала женщины не поняли, потом насторожились и переглянулись.
— Ты имеешь в виду…
— Они могут стать отцами славных девочек ларг — скромно потупился я.
Женщины ещё посверлили меня взглядами, затем заново оглядели парней. Теперь выражение лиц стало совершенно другим. Парни даже смутились.
Осталось уговорить парней. Когда я подошёл к ним, во взглядах было столько ненависти… Они всё слышали и были готовы на самые безумные поступки.
— Я не буду рассусоливать, объяснять и уговаривать. Скажу только одно — для вас это будет испытанием вашего здоровья. Если завтра к утру мужчины, которых выберут, останутся в живых, вы все получите свободу. Если же нет, значит, ваши смертные приговоры догнали вас. Все объяснения завтра. Но если кто откажется или попытается причинить вред женщинам, того я убью сам.
Такого от меня никто не ожидал. Отношения у нас сложились достаточно равноправные, и вдруг такое. То женщинам продаю, то свободу предлагаю, то грожусь убить. До парней начало доходить, что я веду себя так неспроста. Во взглядах появились растерянность и задумчивость, но явно никто не бунтовал.
— Вот и хорошо. Разбиваем лагерь.
Быстренько приготовили ужин. Ларги, надо отдать им должное, не стали сразу хватать понравившихся и тащить в кусты, а повели себя как нормальные женщины. Помогли приготовить ужин, не чинясь, уселись за общий стол. Я добавил несколько бутылок вина, и вскоре всё стало походить на обычный пикник. Разговоры, смех. Сколько раз убеждался, что против природы не попрёшь. Встретились мужчины и женщины, вынужденно ведущие монашеский образ жизни. И если они сразу не подрались, то о дальнейшем можно не беспокоиться. К вечеру без всякой моей помощи две парочки выбрали друг друга и удалились в степь. Им-то было хорошо, а вот я до утра не смог уснуть, ожидая в любой момент появления одной из ларг с окровавленным ртом и мужской головой в руке. Но всё обошлось. Парочки явились только под утро, разомлевшие и весьма довольные друг другом. Я удостоился серебрушки и золотого, хотя и без этого всё было понятно по затуманенному взгляду одной из ларг. На всякий случай проверил её ещё и своим зрением и мысленно себя поздравил. Получилось!!!