Безжизненный голос, немного заторможенные рефлексы, как кажется со стороны, но тридцать одна окружающая это существо стихия говорит, что все очень серьезно… А еще — черт побери, почему именно меня этот бывший жнец назначил своим врагом? Вон тень же рядом, но нет, красные глазки следят именно за каждым из моих шагов.
Костер
Первым инстинктом после столкновения с Номеносом было желание сбежать. Я попробовал открыть портал в первый попавшийся мир, но меня остановили. Один из стихийных шариков, окружающих этого монстра, скользнул вперед и потушил собой пламя. И это чертовски плохо — похоже, как бы мне ни хотелось этого избежать, придется рисковать.
— Аска, быстро! Кто такие големы? — давно следовало задать этот вопрос, но уж больно все было необычным. Похоже, только неотвратимость смертельной опасности и позволила мне взять себя в руки.
— Обычные големы — это просто кадавры из песка и глины, — Пантера, увидев, что целью является не она, похоже, расслабилась. А как же переживания о погибшем напарнике? — Но есть их особая разновидность. Голем, правильно произносить с ударением на первый слог, он же страж Колыбели. Могущественная искусственная сущность, помещается в запечатываемый мир вместе с новым высшим, чтобы оберегать его. Кстати, не каждому достается такой страж, серьезно повышающий шансы на успешное завершение…
— Но в нашей же Колыбели Номенос, наоборот, был против Карика? Что-то в твоей истории не складывается… И зачем ему были нужны внутренности твоего друга?
— Внутренности, насколько я знаю — это способ познавать новые стихии, а что насчет первого вопроса, то ответа у меня нет. Тут может быть что угодно, от сбоя в программе до…
— Например, того, что Карик — не тот, ради кого создавалась эта Колыбель?
Последний мой вопрос получился довольно неожиданным, вот только что это принципиально смогло бы изменить?
Глава 53. Мертвая рука
— Это не важно, — Аска не согласилась с моими мыслями. — В Колыбели все пошло не по плану, и если там голем обрел самосознание и свободу воли, то после освобождения Карика явно просто вернулся в изначальное состояние.
Вот и ответ на мои сомнения. Мне же как раз все это время казались странным и отсутствие эмоций у Номеноса, и его преданность своему бывшему врагу. А вот, оказывается, как просто все объясняется. Жаль только, что эта информация вряд ли поможет мне справиться с подобным живым оружием.
— Тень, отойди в сторону, и я тебя не трону, — Номенос уже прошел половину разделяющего нас расстояния, когда решил избавить меня от возможного союзника.