— Во вселенной много чего происходит, — кажется, Карик все-таки успокоился и смог взять себя в руки. — Каждый день то в одном, то в другом мире умирают боги, где-то они рождаются, где-то получают силы. Это привычный хаос мироздания. Вот только в нем всегда можно было рассмотреть точки порядка, центры, которые достаточно сильны, чтобы самим оставаться без движения и создавать те самые волны изменений. Обычно таких центров три по количеству великих стихий, но сейчас… Их точно больше! И если часть личностей, которые замахиваются на то, чтобы менять мир, я могу вычислить, то другая часть… За эти годы, пока я ношу золотую корону, я точно осознал, что где-то за границей моего восприятия есть могущественный игрок, который ведет свою партию. Он иногда сталкивается с другими стихиями, но никогда со мной. Он достаточно силен, чтобы не проиграть ни разу. Его планы полны тьмы настолько, что мой свет Жизни не смог вскрыть ни один из них.

— И без единого доказательства просто на основании того, что я мог бы оказаться настолько хорош, ты решил, будто это шалит твой старый учитель? — Атон как будто специально превратил слова Карика в шутку, и тот словно бы собирался это принять.

Нет, так не пойдет. Атон уж слишком удачно пользуется тем пиететом, что есть у Карика перед ним, его статусом учителя. И, кажется, демиургу — новому, не старому — не помешает помощь. В идеале заодно можно будет узнать кое-что новое.

— Уважаемая повелительница Смерти, — я добавил голосу громкости, обрывая очередную колкость, которую собирался выдать Атон. — А вы не подскажете нам, раз уж тут собрались такие люди, как на самом деле закончилась ваша война с учителем Карика? А то вы живы, он — мертв. Давно интересовало, как так могло получиться. При том, что все считают победителем именно бывшего демиурга.

Я был уверен, что Старуха сейчас тоже чувствовала, что Атон давит Карика. И если мы не подпортим его образ, наш демиург может так ничего и не выбить из этой высокомерной заразы. Серьезно, именно такое впечатление этот тощий старик и производил. Как оказалось, некоторым для этого не нужны ни пафосные машины, ни дорогая одежда… Настоящий талант.

— Это была честная битва, честная победа. Иногда не нужно искать второе дно там, где его нет, просто потому что ты сам привык обманывать всех вокруг себя, — ответ Старухи оказался для меня настоящим холодным душем. Действительно, того, что она продолжит поддерживать Атона, я не ожидал. Вон как тот сразу расцвел…

Но я не верю. Не из духа противоречия, просто чувствую, что тут определенно есть что-то еще. И, кажется, у меня появилась идея, как до этого докопаться. Так, если Старуха молчит о настоящем окончании их войны с Атоном, то я вижу для этого только одну причину — достойную плату. Настолько достойную, что повелительница Смерти не хочет говорить об этом даже сейчас. Вот только осознает ли она то, что сам Атон получил взамен?