— Я все понял, — я кивнул Карику, принимая условия нашей сделки. — Только хочу предложить тебе одно небольшое дополнение. Ты сказал про цепи-клятвы… Я их не вижу, но при этом мне бы очень хотелось проверить, можно ли на них воздействовать с помощью истинной стихии. Ты готов прийти на мой зов, когда я найду кого-то с ними и решу провести этот эксперимент? Прижучим гадов!

Я подмигнул демиургу — уж очень пафосный момент получился. Тот только тяжело вздохнул в ответ, но я почувствовал, что Карику очень понравилась эта идея. Все правильно, сидя в защите войну не выиграть, только если надеяться на кого-то со стороны. А нам такую помощь, увы, не от кого ждать. Так что надо готовиться. Бить в ответ и со всей возможной силы.

Карик ушел, и мы снова остались вдвоем с Зашам. Та еще какое-то время смотрела на то место, где исчез нынешний демиург, а потом все-таки не выдержала.

— Я ждала большего, — ящерка выдала только эти три слова. Мне бы, конечно, хотелось пояснений, но и так было очевидно, что Зашам сказала больше, чем хотела бы.

— Итак, я должен тебе историю о Хашаме, — начал я. Пора было держать слово. — Для начала, я его не видел, но… Один бог из эпохи Безымянного демиурга сказал, что твое имя может быть с ним связано. Ошибся, как оказалось, но тогда это казалось важным… Потом от еще одного стража я узнал, что силу с такими вот щупальцами запустил к нам в мир именно твой предок. И вот здесь связь уже точно была.

— И все равно, ты обманул меня, — ящерица нахмурилась.

— Ты сама обманула себя, — я не стал ее жалеть. — Сама сформировала ожидания от моего рассказа, сама в них поверила. Но даже так, если ты отпустишь эмоции, то поймешь, что узнала немало.

Уж очень резкой мне показалась реакции Зашам на мои слова, и я постарался разбередить ее обиду еще сильнее. Мне нужно было проверить, что именно из сказанного мной она посчитала чушью. По крайней мере, я именно так оценил ее реакцию. Поделиться своим секретом, а в ответ услышать то, что, ты точно знаешь, не является правдой. Обида — вот что почудилось мне в окружающих Зашам потоках стихии.

— Что ты несешь! — ящерица все-таки не выдержала. Да, обида — это сильнейший раздражитель. — Как форма истинных стихий может быть чужой? Как она может быть порождением извне, если именно она является основой нашего мира? Если она точно была у учителя Хашама? Вот факт, с которым невозможно поспорить!

— Что ж, — я задумался вслух. Можно было и про себя, но ящерица была ценным собеседником, который мог меня поправить, и было бы глупо это игнорировать. Плюс она мне помогла, и я на самом деле хотел бы поделиться с ней правильными выводами о ее предке. Или о чем-то еще, что было бы ей полезно и интересно. — Значит, мой источник ошибся. Сила истинных стихий активно проявила себя в эпоху Хашама, но не чтобы разрушить мир, а чтобы спасти.