Позднее, когда разместились в самолёте, Люда смотрела на посадочную полосу, на аэропорт и подумала, что всего за месяц она летит за границу уже второй раз. Разве могла она в прошлой жизни рассчитывать на это? И тут же отвечала сама себе: никогда. Эта жизнь проходила более ярко и интересно, чем её прошлая. Впрочем, Стольникова, похоже, и в её прошлой жизни тоже время даром не теряла. Так что всё относительно. Под эти мысли и шум взлетающего самолёта Люда уснула, а когда проснулась, самолёт уже приземлялся в городе Франкфурт-на-Майне, деловой и финансовой столице Европы.
Впрочем, во Франкфурте пробыли недолго. Во Франкфурте за пределы аэропорта и транзитной зоны не выходили, да и вообще сидели ровно, лишь перегрузили багаж с одного транспортёра на другой и прошли быструю регистрацию на рейс, без досмотра. Во Франкфурте к команде добавились Лиза Камышева, невысокого роста симпатичная брюнетка в форме сборной России с большим кофром, и её тренер, Алексей Никанорович Гришин, мужчина лет 70-ти, с дорожным саквояжем. Авторитетный тренер, единственный из российской тренерской команды, кто полетел на соревнования, одетый так, как всегда одевались советские тренеры, строго-официально: чёрный костюм, белая рубашка, галстук, плащ и легендарная кепка.
— Вот и наши, приветствую всех, — поздоровался Гришин, подойдя к соотечественникам. — Мы уже час здесь торчим.
— Привет, — тонким голоском поздоровалась Камышева, оглядев всю команду. — Рада всех видеть. Всем добра и здоровья.
В аэропорту все объявления по громкой связи проговаривали по-немецки, потом дублируя на английском, и Люда уже почти ничего не понимала, кого и куда приглашают. Однако после очередного объявления мама встала и пошла с Глорией к эскалатору, точно так же, как и в Шереметьево, помахав рукой. Наверное, объявили посадку бизнес-класса на рейс до Бостона. Мельком посмотрев на будущих попутчиков, Люда увидела, что, кажется, среди них были спортсмены из других стран, и вроде бы, даже кто-то знакомый. Впрочем, особо много времени разглядывать окружающих не было: тут бы самой не отстать…
Предстоял семичасовой перелёт через Атлантику, и Люда… Боялась его! А кто не будет бояться, если летишь в иностранном самолёте, вокруг почти одни иностранцы, да и стюардессы говорят лишь на английском? Свихнуться можно, особенно если посмотришь в окно, а под облаками проглядывает бескрайняя гладь океана с множеством кораблей самого разного размера: морское сообщение между США и Европой было очень интенсивным.
За семичасовой перелёт успели два раза покормить: один раз был ланч из тостов с джемом и соком. Второй раз, после четырёхчасового полёта, ждал полноценный обед. В меню были салат из руколы с креветками, горячее из бифштекса, кукурузы и стручковой фасоли, терамису, также напитки на выбор. А после обеда Люда уснула и проснулась от толчка Сашкиного локтя.