— Милый? — эрлесса тут же преобразилась из стревы-аристо во влюбленную девушку, которая оказалась рядом с медленно открывающим глаза мужем.

— Ну, в общем, счастливо оставаться, — я сложила хвосты в один, махнула им и пошла к дверям.

— Прошу вас подождать, — преградил мне путь дворецкий.

— Да? — я выгнула бровку. — С чего бы это? Я свою работу сделала, остальное мне по-барабану.

— Нужно удостовериться в здоровье господина и вручить вам награду, — все тем же ровным голосом ответил мужчина.

— Хы, — по моим волосам запрыгали злые искорки. — Да срать. Этот мужик здоров, награда мне не нужна. Я только отдавала должок тому работорговцу. Вы и так потратили почти все мое утро, а дел меньше не становится.

— И все же, я попрошу вас задержаться.

— А ты попробуй останови, — фыркнула в ответ и спокойно пошла вперед.

Дворецкий явно напрягся и попытался положить мне руку на плечо… Ну-да, ну-да, попробуй поймать мага пространства, особенно если он готов к атаке. Я просто сместила координаты и его грабли схватили плечо его же госпожи, что просто замерла и выпучила глазки от такой наглости. А тем временем одна мерзко подхихикивающая лисичка уже была снаружи спальни, в буквальном смысле просочившись в щель под дверью. Охрана ничего не увидела — они сейчас ловили бабочек в радужных сновидениях, ибо не стоит подпускать к себе вплотную хорошего целителя. Ну а там выйти из особняка и добраться до дома было делом десяти минут, благо я легонькая, прыгучая и незаметная, так что передвигаться по крышам по всем заветам нинзюков мне ничего не мешало…

Остаток дня и следующие сутки прошли спокойно и тихо. С одной стороны, можно было ожидать визита эрлессы и её мужа, но с другой… Нафиг я им сдалась? Уверена, работорговец содрал с аристо немалую цену за мои услуги, которые я выполнила в полной мере и даже чуть больше, ибо помогла разоблачить тех двух утырков, что травили мужика. Так что никаких больше обязательств между нами не было и это было хорошо. Ибо нафиг этих аристо. Просто нафиг. Ибо где знать, там и политика. А политика — это такое дерьмо, в которое любой адекватный разумный добровольно не полезет.

И каково же было мое удивление, когда на второе утро после того дня в дверь вновь постучали. И вновь, словно в издевку, стук застал меня в виде заспанной полуголой няши, что ползла из спальни на кухню в поисках чего-нибудь съестного.

— Иду, иду, — проворчала я, меняя направление с дверей кухни на дверь входную. За ней моему взору предстали давешняя эрлесса и её муж, за спинами которых торчала пятерка охранников и тот самый дворецкий. — Чего приперлись, да еще в такую срань?