Нда… не так я представляла себе дом инвалида пусть в небольшой и небогатой, но все же шведской коммуне.
С другой стороны, я — девочка большого города. О том, что творится в провинции Швеции — я не знала.
— М… не знала или не хотела знать? — в глубине души проснулась совесть, — Ведь это так удобно, делать вид, что о таких вещах тебе неизвестно?
— Вот только не надо по сто пятьдесят шестому разу сыпать соль на резанную рану, которую еще каленым железом обработали! — возмутилась я
Да, я знала. Работать врачом и не знать — такого, если честно, не бывает. Но самоедство помогает, когда оно в меру. Хорошо быть совестливой. Если есть недвижимость по всему миру и деньги. Много денег.
А что делать пусть и хорошему, "незаменимому", высокооплачиваемому, но все же просто работнику, который начинал "с нуля"?
Я всего-лишь врач. Да, я не одобряю нарушения прав человека (а несовершеннолетних и инвалидов — особенно) социальными службами. Но и сделать с этим ничего не могу!
Это нужно всю систему ломать, к чертям собачьим. А кто это делать будет, когда о том, что в этой системе все прогнило, еще Астрид писала, сто лет назад, а воз и ныне там? Когда все "в ту сторону не смотрели"?
В одиночку систему не сломать. Да, я знала и статистику самоубийств и причинно-следственную связь увеличения использования антидепрессантов, и активности социальных служб в отдельно взятых коммунах… и что?
Вот что я лично могла изменить? Написать научную статью? Ха. И еще раз ха. Так и напечатают такое в научном журнале! А потом догонят и еще чего-нибудь напечатают, где-нибудь. В основном на лбу. А на следующий день тебя вызовет твой шеф, и… дальше можно не продолжать, и так все ясно.
Так что сейчас я хмуро разглядывала не обшарпанное пристанище шведских инвлидов.
Я рассматривала свою обшарпанную совесть. И уверяла себя, что я… ну что-то ведь делаю, да? Хотя бы сейчас.
К тому же у меня был бзик по поводу цвета этого дома призрения.
Вот почему это здание было… розовым? Это была самая дешевая краска? Или это было сделано с каким-то глубинным смыслом?
Глубинные смыслы в окраске дома инвалидов я приказала себе не искать, сказав себе, что "розовое здание — просто дом, оно такое потому что, чтобы было."
Тем более, что на моих глазах начала развёртываться настоящая драма.
Пока мои искины прикидывали способы проникновения в здание, Axel, похоже нас заметил. Он выкатил на балкон свое инвалидное кресло (благо, что было не очень холодно), поймал мой задумчивый взгляд… и начал подтягиваться на руках к краю балкона.