Кеннет и Лекс задумчиво переглянулись.
В последнее время они себя вели все больше и больше как настоящие братья.
Соперничество соперничеством, а выручать друг друга кинулся не задумываясь.
"Менты" подходили к нам весьма насторожено и нервно.
Обычной нахальной уверенности у них не наблюдалось. Ну почти как в "NO GO ZONE" подходили.
То ли полиция посчитала нас немного радиоактивными, то ли не в меру агрессивными.
Лекс несмотря на мои предостережения явно приготовился к драке.
А глядя на него — и Кеннет тоже.
Видимо, что-то такое в глазах искинов приближающийся ко мне полицейский прочёл, так как быстро и немного гнусаво затараторил: "Это просто недоразумение, никто не имел в виду нарушать права искинов-граждан".
Ага. На парковке перед магазином была видеокамера.
А это что означает? А это означает очень хорошие вещи: видеонаблюдение на парковке магазина — это доказательство того, что произошло.
Не только запись искинов — но и запись наружного наблюдения за территорией ИКЕА.
И полицейские, мнущиеся у двери нашего дома и не впущенные на порог ушлыми искинами и моими детьми, скорее всего уже проинформированы, что искинов спровоцировали на проявление агрессии местные ксенофобы.
Тогда зачем сюда припёрлись полицейские?
Ведь снизить социализацию моих искинов полицейским сейчас не светит: и Лекса, и Кеннета в нынешней ситуации любой адвокат отмажет и еще и штраф приличный выторгует, так как представители коммунальных служб явно проявили неуважение к гражданским правам моих неслухов.
Поэтому стоит, наверное, немного показать зубки?
Хотя полиция в Швеции обычно в такие дрязги не вмешивается, так что мне было чисто по человечески интересно: зачем они приехали.
— Объяснитесь, по какому праву вы врываетесь на частную территорию. Право собственности в Швеции уже отменили? — возмутилась я, — Я понимаю, что нам в коммуне не рады, но вы могли бы выказывать свою "НЕ-РАДОСТЬ" менее агрессивно? Первый день, а мне уже угрожали расправой, попытались избить меня и моих искинов и достаточно серьёзно оскорбили. Так как это сделали работники коммуны, я задумываюсь над тем, чтобы подать на коммуну в суд. Вы хоть понимаете, насколько неуверенно и неуютно я себя чувствую из-за того, что работники коммуны — заядлые ксенофобы?
Главное — расставить приоритеты.
Пусть полицейские сразу зарубят себе на носу, что ни Лекса, ни Кеннета я этим уродам не сдам, и все будет крутиться не вокруг неотесанности и низкой социализации моих искинов, а вокруг ксенофобии работников коммуны… впрочем, шведская полиция неплохо защищает гражданские права преступников, а вот с гражданскими правами жертв у них как-то сразу не заладилось.