По уговору, именно в это время ему дозволялось уплывать до городского пляжа, заводить в каюту кассирш из разливайки и проворачивать с ними все те ужасные вещи, представлять которые мне даже не хочется.

Когда Его благородие причаливал обратно к дикому пляжу, я как правило уже заканчивал с брёвнами. Мы на скорую руку готовили обед, чуть плавали и растягивались отдыхать на честно экспроприированных шезлонгах.

Как только источник восстанавливался, сразу же возвращались к тренировке и повторяли утренний цикл. Ужин, ясен красен, готовили на костре. Таким манером, к темноте сил у меня не оставалось примерно ни на что. Чуток почитать разве что, да переброситься парой сообщений с ребятами из «Короны», чтобы не забывали. Дальше я валился трупом и дрых до самого утра.

Зато!

Труды наши праведные в самые короткие сроки дали неиллюзорный результат. Во-первых, потихонечку начали вырисовываться очертания стойки. Правда, в процессе я передумал, переиграл и теперь конструировал не совсем барную стойку, а что-то типа длиннющего бревенчатого стола. За таким, по моему скромному мнению, должны бухать в Вальгалле. Но это во-первых. А во-вторых, на исходе четвёртого дня…

— У-у-у-уф, — в один прекрасный момент у меня закружилась голова и я чуть было не упустил контроль над дальнобоем.

— Всё-всё-всё, — тут же похлопал меня по плечу Агафоныч. — Есть пробитие. Поздравляю с четвёртым уровнем.

— У-у-у-у-уф, — а я даже и сказать ничего вменяемого в ответ не смог.

— Иди отдыхай, а я отведу нашего бедолагу до машины. Ближайшие пару дней тебе нет смысла упражняться, и даже не пытайся. Источнику потребуется время на перестройку.

Спорить я не стал. Ушёл на катер, моментально провалился и проспал, не соврать, часов двенадцать кряду. Проснулся бодрым, свежим, но слегка шальным от пересыпа.

— Утро доброе! — Его благородие уже хлопотал на кухне.

Терзал мою тефлоновую блинную сковородку железной лопаткой для гриля, и всё ради какой-то яичницы.

— Есть будешь?

Пусть мне и было что сказать, я покорно согласился и сел наворачивать это недоразумение на палубе. Попробовал и понял, что… блин… готовить на этом судне всё-таки лучше мне. И в качестве повара Его благородие барона Ярышкина рассматривать не приходится; слишком уж косорук и легкомыслен по отношению к инвентарю.

— Какие планы? — примостился барон рядышком.

Планы… Хороший вопрос. Раз тренировки отменяются, надо бы заняться ближайшими планами. А именно:

— Слушай, Агафоныч, а у тебя нет знакомого юриста?

— М-м-м-м, — барон задумался. — Если только из Златоуста. А что?