Тем временем старик уже поднялся из-за стола и направился в сторону лестницы, и мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Второй этаж был чем-то вроде жилого крыла для персонала гостиницы, и Грэм заграбастал себе одну из комнат. Из бара он почти никогда не выходил.

— Здесь мы можем спокойно поговорить, — обратился ко мне старик, как только мы вошли в его пристанище. — Что ты хотел?

— А как же гостеприимство? — увел я разговор в сторону, чтобы немного потянуть время. Нужно было как следует всё обдумать, а ещё мне в голову пришла одна очень интересная догадка, которая могла в корне всё перевернуть. Необычный конструкт незаметно сорвался с кончиков моих пальцев, одновременно с тем, как я продолжил говорить. — Предложить чай там, кофе. Печеньки в конце концов.

— Странно. Мне показалось, что ты не полный придурок, — Грэм даже не повел бровью и холодно на меня посмотрел. — Я же ясно дал понять. Если есть что сказать — говори, мое время не резиновое. Удовольствия от таких диалогов я не испытываю. И можешь не волноваться — ты далеко не первый, кто приходит ко мне с подобными просьбами, и теням я про тебя не скажу. Вот только спешу тебя разочаровать — согласием я ещё никому не отвечал. Да и цену тебе, скорее всего, должны были сообщить.

Какую цену? Каким теням? Какими просьбами? Я ж ещё ничего не сказал. Видимо, старик меня с кем-то перепутал, и моя паранойя оказалась излишней. Однако это не отменяло того факта, что сейчас мне требовалось время, чтобы кое-что проверить, из-за чего я оставил его слова без ответа.

— Значит так, — Грэм устало выдохнул и покачал головой. — Либо ты перестаешь играть в молчанку и прямо сейчас рожаешь, либо я…

— Не думал о том, чтобы уйти от теней? — перебил я старика.

— Что? — казалось, он не понял мои слова.

— Что слышал, — пожал я плечами. — Не знаю как ты, но мне бы было совсем неприятно доживать остаток своих дней связанным по рукам и ногам. Контракты дело такое… Тонкое. И ладно, когда прописана одна лишь верность, но вот ещё десяток ограничений, прямо влияющих на твою жизнь. Да тебе же даже запрещено тренироваться и повышать личную силу, чего я тут распинаюс…

Не успел я закончить, как Грэм, расслабленно стоящий почти в противоположном конце комнаты, в мгновение ока оказался прямо передо мной и приставил нож к шее. По лезвию то и дело пробегали тусклые серые всполохи, намекая на то, что оружие далеко не простое. Вот только даже так оно не смогло пройти сквозь голубую пленку щита, загоревшуюся в миллиметре от моей кожи. Вряд ли, конечно, старик собирался меня травмировать, но вот пустить капельку крови для пущей убедительности точно хотел.