Что-то я слишком много думаю, нужно всё воспринимать спокойнее.

Вот только совсем спокойным быть я не мог, потому что она была красива, особенно ее глаза. У меня, когда эмоции Виа прорывались через Глубокую Связь и контакт был слишком силен, зелень в зрачках вспыхивала жутковато, а у нее зелень была мягкой и сияющей. Органичной. Я невольно вспомнил желтые, вертикальные зрачки Морны, ее хищный, звериный взгляд, вспомнил других зверолюдей и поймал себя на том, что сравниваю. У Морны была дикая, надломленная красота зверя. У Эйны — чистая красота проявления Дара.

Когда мы уже отходили от забора, мне на плечо бесцеремонно спланировал Седой.

— Ой, это тот мурлык, — оживилась Эйна. — Старый и седой.

— Да, он и есть Седой. Так его и зову. — кивнул я.

Она потянулась погладить его, но Седой возмущенно зашипел, прижал уши и с оскорбленным достоинством старого вожака перелез на другое мое плечо, недовольно пискнув в ее сторону. Мол, не лезь, женщина, со своими поглажками.

— Не прирученный, — заметила Эйна, отдергивая руку, — Я думала, он меня запомнил.

Он-то запомнил, вот только чем-то ты ему не нравишься. — подумал я.

— Я одно время пытался выучить его командам, — пожал я плечами. — Но потом понял, что он и так умный. К тому же все говорят, что мурлыка приручить нельзя. Так что он… свободный. Приручать его не надо.

— А как он у тебя оказался? — глянула она на меня.

— Нашел его раненым и выходил, — ответил я честно. Тут лгать не было смысла. — С тех пор он со мной. Его неплохо подрали, и в лесу бы он не выжил.

— Понятно, — протянула Эйна.

Я заметил, что она не торопится заводить разговор о моих глазах. Но я понимал, что скорее всего, это «пока».

Мы постепенно подходили к краю Кромки.

— Ты уже была в Кромке? — спросил я, нарушая молчание.

— Да, ходила собирать кое-какие травы.

— Одна?

— А что? — она с насмешкой посмотрела на меня. — Разве Кромка опасна?

— Я уверен, что ты прекрасно знаешь, что она опасна, — ответил я спокойно, — И в курсе событий тут происходящих.

— Да…кое-что слышала, — прищурилась она, — А вообще…я могу за себя постоять.

Я посмотрел на ее тоненькую, хрупкую фигурку, особенно если сравнивать с Морной, и качнул головой. Либо она просто хвасталась, либо она действительно была сильнее, чем казалась.

— Закалку проходишь? — вдруг спросила она, кивнув на мою шею и руки. Видимо, смыл мазь все-таки не везде, да и шелушение и покраснение еще не во всех местах прошло.

— Да. Правда я еще только на первой ступени.

— Полезная штука, — одобрительно сказала Эйна.

— А ты?

— Две ступени. Дальше уже больно, — она поморщилась, словно вспоминая моменты закалки.