Спустя двадцать минут поисков кот набрёл на шахту лифта и, просочившись в неё, спустился на нижний, минус второй этаж. Здесь уже не было тех светлых коридоров, которые встретили нас выше. Освещение, такое ощущение, было чуть тусклее, а стены оказались выкрашены в сплошной тёмно-зелёный цвет. К чему такие изменения, непонятно, но ощущалось такое окружение куда депрессивное.

А ещё звуки. В первые секунды, когда фамильяр оказался на этом этаже, до него донёсся отчётливый вой. Протяжный, пробирающий до самого нутра.

Персонала на этом этаже оказалось куда больше, и передвигались они почти всегда крупными группами, часто с каталками, на которых были зафиксированы тела людей.

Здесь мы с Ва’йаном обнаружили совсем иную, неприглядную картину. Сотни палат с пациентами, которые оказались прикованы к своим кроватям стальными наручниками, при этом сами кровати основательные, прикрученные к полу. Что же до пациентов, которые содержались здесь, то они оказались совсем не простыми.

Это, несомненно, были люди. Вот только человеческого от них осталось очень мало. Изменения там были совершенно разного уровня, от совсем незначительных, затрагивающих отдельные части тела, волос или кожи, и до практически полностью меняющих облик.

Например, я увидел человека, покрытого плотной чешуёй, что могла похвастаться высоким уровнем защиты, в том числе и от огнестрельных ранений. Об этом прямо говорилось в карточке пациента, которая была прикреплена к кровати. Или увидел девушку, что превратилась в страшное чудовище с огромной регенерацией и скоростью.

Все эти люди были ранее пациентами больницы и, судя по их диагнозам, с очень серьёзными заболеваниями, как правило, из-за отравления магическим воздействием колодца. Но свою нынешнюю форму они получили совсем не из-за этого отравления.

Мы с Ва’йаном ознакомились с историями нескольких таких пациентов, и везде указывались препараты, которые им давали. В разных дозировках и уровне очистке, с подробным описанием изменений в теле человека, который вызывал каждый из препаратов.

А ещё где-то через час мы наткнулись на самую настоящую тюрьму, где содержались выжившие после этих экспериментов люди. Большей части те имели внешний вид, неотличимый от обычного человека, но изменяющийся при сильном стрессе. По крайней мере, так указывали экспериментаторы, скрупулёзно записывающие в специальные зажимные планшеты свои выводы и результаты.

«Они ломают не только их тела, но и души. Как же отвратительно», — фамильяр не стал сдерживаться и очень грязно выругался на языке моего прошлого мира. — «При этом искренне верят, что совершают добро и пытаются найти лекарство».