Но я отвлёкся. Итак, сколько у меня времени до того, как малый дом начнёт шевелиться и искать причины гибели своего члена? Неделя или даже две? Ещё неделя на все бюрократические проволочки и попытку разобраться самостоятельно. Уверен, у них ничего не получится, и тогда они обратятся к своим покровителям или напрямую к дому Арзов. А эти уже смогут выйти на меня.

Значит, закладываю где-то две или три недели до момента, как ко мне появятся вопросы. За это время нужно по-хорошему серьёзно усилиться и найти достаточно аргументов, чтобы Арзов от меня отстали. Ну, или просто закрыли глаза.

Откупиться от великого дома непросто. Это Антон знал чётко, даже если работать с конкретными людьми. И не всегда вопрос там стоит в деньгах. Но всё возможно… особенно если ты единственный в мире рунный маг с огромным опытом, так что мы ещё побарахтаемся.

Ну, и не нужно забывать, что Антон также является наследником малого дома, а значит, имеет кое-какие привилегии, защищающие его даже от гнева великих домов. С оговорками, но всё же.

Мои мысли плавно перетекли к куда более насущному. А именно, к факту моего возрождения внутри тела Антона и, конечно, к богам-близнецам.

Как мне ни было жаль парня, я хорошо осознавал, что это шанс. Шанс остановить божественных ублюдков и распространение их чумы в этом мире. Или хотя бы отдалить их приход на максимально возможный срок.

Я основательно покопался в доступной мне сейчас памяти Антона, вытаскивая всё, что парню было известно о богах-близнецах и их секте. И не то чтобы там было много всего.

Мысли наследника в последние годы занимала явно не вера, он знал какие-то общие моменты, да и только. Однако и этого было более чем достаточно, чтобы сделать выводы, особенно на фоне того, что я видел в последние недели, находясь внутри Антона на роли статиста.

Виму и Вай, как звучали истинные имена близнецов, только начали захват этого мира. Вера в них распространялась как пожар, но всё ещё была далека от массовости, как в моём родном мире. Как и там, боги в этом мире пошли по уже проторённой дорожке — целительству.

Их избранные, называемые священниками, умели исцелять. Не так хорошо, как профильные рунические маги моего мира или местные лекари-изменённые, но более чем достаточно для местного социального дна, на которое они всегда ориентировались первым делом. У бедняков нет средств, чтобы обращаться к квалифицированному лекарю. Болеют же они ничуть не меньше богатых, а даже больше.

В такой ситуации появившийся сектантский целитель, бесплатно возвращающий здоровье тебе и твоим детям, воспринимался как спаситель и благодетель. Ничего удивительного в том, что новая вера распространялась подобно огню и первыми адептами становились самые бедные.