Повернув голову, обнаружил доктора Чена и Майкла Рида, стоявших возле двери. Судя по выражениям лиц, разговор у них складывался не самый приятный. И, кажется, меня хотят закопать. Рядом находилась женщина в медицинской форме.
— О, очнулся, — заметила она, увидев, что я открыл глаза.
— Даниэль! — Чен первым приблизился к кушетке. — Как вы себя чувствуете?
Судя по его взъерошенному виду и перепуганным глазам, я отключился капитально. Я задумался, что вообще было. Мысли путались, в голове всплывали то схемы, то Дэдпул с сиськами, в общем, каша. Да и тело ныло благим матом на своего хозяина. Но в остальном ничего особенно страшного не ощущалось.
— Как человек, которого отпинала толпа головорезов и ещё заставили сдавать экзамен по высшей математике. А потом решили устроить мне апоплексический удар табакеркой.
— Шутит. Значит, жить будет. — Майкл шумно выдохнул.
— Майкл! — одновременно произнесли Чен и медработница.
Ага. Кажется, они тут без меня неплохо развлекались, но не добили, и на том спасибо. Пронеслось в голове, пока женщина проверила моё состояние, задала несколько вопросов и объяснила, что я потерял сознание прямо в лаборатории. По её словам, предварительный осмотр не выявил очевидной причины, но внезапный обморок требовал дополнительного медицинского обследования.
— Вы давно нормально спали? — спросила она.
— В последнее время не очень.
— Кофе? Энергетические напитки?
— Были. — я поморщился.
— Много?
— Смотря с чем сравнивать.
— Мистер Хаммер. — Она посмотрела на меня поверх своих очков.
— Ладно, грузовика два.
— Всё шутите, но они не помогают вашему организму восстанавливаться и не заменяют полноценный сон. Переутомление и избыток кофеина могли поспособствовать обмороку, но списывать всё только на них я бы не стала.
Я кивнул, стараясь выглядеть максимально лихо, и молчал — может, за умного примут. Если бы вы знали, что я сейчас увидел у себя в голове, кофе показался бы вам безобидным напитком. Доктор Чен стоял рядом с таким выражением лица, словно уже представлял себе разговор с Джастином Хаммером. И я его прекрасно понимал. Одно дело — присматривать за молодым наследником, который решил попробовать себя в инженерии. И совсем другое — объяснять начальнику, почему его сын внезапно отключился посреди рабочего дня. Но про Майкла всё же стоит сообщить. Я всё понимаю, страх, адреналин, но всё же…
— Даниэль, — начал Чен, — сегодня вы больше не работаете.
— Я уже понял.
— И завтра тоже.
— А вот это уже дискриминация чернокожих людей.
Он посмотрел на меня. Я посмотрел на него.
— А при чём тут чернокожие люди и вы?