«Интересно, ты знал об этом, твое величество, когда увольнял секретаршу? — подумал я, сидя на кушетке и размеренно водя грифелем по бумаге. — Но не был уверен, что не поддашься соблазну? Себя пожалел? Или просто не захотел никого убивать?»

Император, естественно, не ответил. Да он бы в любом случае ничего не сказал, даже если бы я спросил напрямую. В отношении некоторых вещей Карриан оказался на редкость скрытен и упрямдо тошноты. А в отношении себя самого даже перед угрозой конца света, наверное, не позволил бы сообщить ничего лишнего. В частности, вот сейчас… казалось бы, ну что ему стоило приказать? Не попросить — банально приказать. Мол, Мар, поди сюда и усыпи меня на фиг. Но нет. Мы же гордые!

Услышав, как в спальне снова скрипнула кровать, я со вздохом отложил рисунок, подошел к двери в спальню и сделал то, о чем меня бы никогда не попросили. После чего вернулся на кушетку, еще немного порисовал, а затем тоже решил вздремнуть, благо время и возможности для этого имелись.

Проснулся я незадолго до рассвета. Первым же делом проведал его спящее величество, порадовался нормальному цвету его ауры и, пока Карриан досматривал последние сны, успел немного размяться и привести себя в порядок. Выбравшись из душа, отключил императора от «успокоительной» нити, переоделся в чистое и вышел заказать ему завтрак. А когда вернулся, то обнаружил, что император успел не только встать, умыться и одеться, но еще и изволил проявить любопытство. Более того, всерьез заинтересовался моими ночными художествами и теперь, стоя посреди кабинета, один за другим просматривал оставленные на столе рисунки.

Когда я вошел, Карриан до того увлекся, что не заметил моего появления. А когда я подошел поинтересоваться, что же именно так его увлекло, то обнаружил, что император, как завороженный, рассматривает один из рисунков: на бумаге была изображена метель и белый волчонок, свернувшийся клубком вокруг крохотного, похожего на солнце, огонька. Или упавшей звезды? Причем Карриан с таким странным выражением смотрел на этот самый огонек, что у меня, ей богу, екнуло сердце.

— Что это? — тихо спросил его величество, наконец-то заметив мое присутствие.

Драхт! Неужели он что-то помнит? Знает? Или все-таки чувствует⁈

— Просто картинка, ваше величество, — ровно ответил я, испытывая сильное желание вырвать бумагу у него из рук и сжечь к чертовой матери. — Ничего особенного.

А потом на всякий случай добавил:

— Завтрак сейчас подадут.

Император на это ничего не сказал, но рисунки все же отложил, к моему несказанному облегчению. А еще через пару минут в покои зашел Тизар и с озабоченным видом сообщил, что портал для нас подготовят через пару часов и что ему, раз уж мы уезжаем раньше оговоренного срока, придется отправиться туда прямо сейчас, дабы все проверить и убедиться, что проблем на переходе не будет.