— Поздравляю её, — спокойно, нужно говорить спокойно и не нервничать. Незачем давать ей поводы для радости.
— Да, она рада, — не слишком восторженно произносит мать. — Макар, конечно, счастлив, но я бы очень хотела не выносить сор из избы, встретиться с тобой и внуком, с Линой, чтобы мы все вернулись к нормальным семейным отношениям. Понимаю, тебе будет тяжело, но сама подумай, намного легче всё решить вреди своих. Да и поддержка от семьи будет полезна. У тебя же полукровка сын, так? Мы окажем помощь…
Я слушаю её и не могу понять, чего она хочет. Путаюсь в паутине её слов. Она затягивает, говорит, говорит, говорит… И не выяснить, что кроется за этим. Меркантильность? Считает, что я могу её содержать, если вдруг Макар отвернётся от дорогой Линочки? Как-то узнала, что мой сын от Макара, и надеется, что сможет мной манипулировать. Или, что совсем невероятно, думает, что мы все станем большой дружной семьёй? Не слишком ли это глупо? Или я просто забыла о том, какая она на самом деле?
— Нет.
— Не отказывайся, Ира, подумай, что семья — это важно.
— У меня уже есть семья.
— Глупости! Маму никто не заменит.
— Что тебе надо? — устаю и спрашиваю прямо. — Просто скажи, чего ты сейчас от меня хочешь?
— Встретиться и поговорить. Давай завтра…
— Завтра не могу, у меня дела, — руки трясутся, сердце хочет выскочить из груди.
Давно забытый страх возвращается. Не хочу чувствовать себя беспомощной перед ней, но ничего не могу поделать. А ведь когда-то я безумно любила свою мать и сестру, а сейчас? Это не ненависть, скорее, брезгливость, осознание, насколько они ограниченные и глупые. Но это подсознательное, оставшееся, казалось, в прошлом, всё равно выползает на поверхность.
— Тогда послезавтра, — не умолкает мать. — Нам обязательно нужно с тобой встретиться! Я пришлю тебе свой новый адрес в сообщении.
— Хорошо, — не понимаю зачем, но уступаю. — А… Лины там не будет?
— Ты не хочешь видеть сестру? — неприятно удивляется мать.
— Не хочу.
— Хорошо, я не скажу ей о нашей встрече. У них с Макарчиком всё равно второй медовый месяц скоро, — она хихикает и бросает трубку, не прощаясь.
Второй медовый месяц? Но… почему?
Я смотрю на телефон, и почти тут же, словно Макар что-то почувствовал, приходит сообщение: «С нетерпением жду завтрашней встречи с вами».
Он ждёт. Но он женат на Лине. И говорит, что это я — его истинная пара. И что из этого правда? Ещё и мать…
— Мам? — дверь открывается, и на балкон просачивается Света. Смотрит настороженно. — Кто это звонил?
— Та, с кем я не хотела бы разговаривать, — вздыхаю, улыбаюсь, успокаивая дочь. — В полку неведомой родни прибыло, — поясняю, и Света морщится.