Но почему же тогда так ноет в груди?
— Можно поздравить тебя? — неожиданно раздался знакомый голос рядом.
Я вздрогнула. Так сильно ушла в себя, что не заметила приближения Эйба. Сидела на веранде, в своём любимом кресле, с чашкой чая в руке — который давно уже остыл.
— С чем? — встрепенулась я, поднимая голову.
Эйб посмотрел на меня так, будто я и сама должна была догадаться. Но до меня, видимо, туго доходит. И тогда он красноречиво опустил взгляд на мою шею.
И я всё поняла.
Там красовался малиновый след прошедшей ночи — засос, который я заметила утром. Мне думалось, я смогла замаскировать всё следы, но, видимо, сама же их стёрла.
Меня бросило в жар от стыда. Теперь он знает. Наверное, и слуги в курсе. Неловко то как!
— Прости, я не должна была…
— Кэтрин, да брось, — перебил Эйб с лёгкой усмешкой. — Я рад за вас.
— Правда? — я не до конца поверила, что он говорит это всерьёз. — И ты не против?
Это что получается? Треугольник? Четырёхугольник? Или вообще чёрт знает что?
— Конечно, нет! — он отодвинул стул и присел рядом за маленький плетёный столик. — Это должно было случиться. Вы подходите друг другу. Раньше я думал иначе, но… за прошедшие дни я наблюдал за тобой и понял: ты словно стала другой. И мне ты, новая, очень нравишься. Реймонд заслуживает вас… тебя…
Я помолчала, обдумывая сказанное.
— А как же Кевин? — всё же спросила я. Мне было приятно слышать от Эйба слова одобрения, но судьба сына волновала меня больше всего.
— А что с ним? — Эйб удивлённо приподнял бровь. — Он должен быть рядом с вами.
Я округлила глаза. Но тут же пришла к той же мысли. Ребёнок должен расти с мамой. Даже если родители не вместе. Таких семей я знала много: когда отец оставался родителем выходного дня, и если отношения между ними выстроены грамотно, все будут только счастливы.
Но сейчас об этом говорить точно рано. Реймонд мне ничего не обещал — мы едва ли обменялись десятком слов после той безумной ночи. Но за поддержку Эйбрахаму я была очень благодарна.
В порыве чувств я накрыла его руку своей и сжала.
— Ты очень хороший, Эйб.
— Это вряд ли, — несогласно покачал он головой, но сжал мою ладонь в ответ.
И в этот момент кто-то кашлянул у входа.
Я подняла глаза. Как назло, это оказался Реймонд. Стоял в дверях веранды, скрестив руки на груди, и его взгляд метал молнии. Он смотрел на наши переплетённые пальцы.
— О, мой любимый кузен! — Эйб поднялся с места с лёгкой, почти небрежной улыбкой. — Оставлю-ка я вас вдвоём.
Он похлопал Реймонда по плечу — и бросил на меня хитрый, многозначительный взгляд.
Вот же сводник.