Автор: Вик Арис
— Кольца потеряли…
Эту прекрасную новость мне сообщили за семь минут до начала выездной регистрации, когда я стояла на коленях возле невесты и пыталась незаметно зашить разошедшийся боковой шов на ее платье. Вернее, незаметно для гостей. Сама невеста прекрасно видела, где находится моя голова, и с каждой секундой все сильнее напоминала человека, готового лечь на пол, обнять собственный шлейф и больше никогда не вставать.
— В каком смысле потеряли? — спросила я, не выпуская иголку и стараясь не проколоть ни себя, ни Анастасию. — Они же лежали в белой коробочке у свидетеля.
— Лежали, — подтвердил администратор ресторана Дима, которому этим вечером досталась роль вестника неприятностей. — А теперь не лежат. Свидетель говорит, что отдал их жениху. Жених говорит, что ничего ему не отдавали. Ведущий говорит…
— Ведущий уже ничего не должен говорить.
Ведущий Павел последние полчаса ходил по банкетному залу с подозрительно расслабленной улыбкой, называл жениха Андреем, хотя того звали Антоном, и трижды просил включить ему микрофон, который все это время держал в руке. Я еще надеялась, что он просто нервничает. Потом уловила крепкий запах алкоголя и мысленно прибавила к своему отпуску еще один обязательный пункт: первые сутки в Корее провести там, где нельзя заказать свадьбу.
— Посади его в подсобку, дай воды и найди диджея, — велела я. — Программу пока проведет он. Текст у него есть.
— Диджей заикается.
— Сегодня перестанет. Где жених?
— На кухне ругается со своим отцом.
— А отец невесты?
— Ругается с матерью жениха возле арки.
Я втянула воздух через нос, затянула последнюю нитку и осторожно поднялась. Колени возмутились сразу оба, потому что последние двадцать минут я провела в позе, которую человеческое тело принимает только по большой любви, за хорошие деньги или когда сережка закатилась под диван. Любовь была чужая, деньги уже потрачены на билет, а сережка мне сейчас казалась наиболее привлекательным вариантом.
— Настя, платье держится. Не садись резко, не наступай на шлейф и, пожалуйста, не делай глубоких выпадов во время первого танца.
Невеста уставилась на меня влажными глазами.
— Эля, все пропало…
— Пока пропали только кольца и трезвость ведущего. Это вообще достойный результат для свадьбы на сто двадцать человек.
— Мама с Галиной Викторовной сейчас подерутся.
— Они собираются подраться с момента дегустации меню. Возможно, им это даже поможет.
Я поправила кружево на ее талии и выпрямилась. На себя я за весь день успела собрать нитки, лепестки, блестки и пятно крема, происхождение которого уже не помнила. Черное платье должно было выглядеть строго и профессионально. К восьми вечера оно сидело на мне плотнее, чем утром, потому что я успела перекусить двумя бутербродами, половиной тарталетки и кусочком свадебного торта, который пробовала исключительно ради контроля качества. Мои ноги мечтали о тапочках, поясница — о горизонтальном положении, а я — о том, чтобы никто больше ничего не терял хотя бы минут десять.