Иван Войнолович разбирал почту после работы - привычно, без интереса: квитанция за квартиру, приглашение на вечер в Дом журналистов, пара конвертов с пометкой " лично", и вдруг один конверт не похожий на все остальные. Плотная, чуть шершавая бумага, будто из старых запасов, ни обратного адреса, ни штемпеля с указанием отправителя, только его имя и фамилия, выведенными чёрными чернилами- аккуратно, но без лишней каллиграфией.
Он вскрыл конверт ножом, внутри - пожелтевшая фотокарточка с запиской. Письмо было коротким:
" На фото- люди чьи имена забыты. На этом фото, ваш дед"
Снимок 1918 года. Группа офицеров у полузаброшенной арки. Формы без погон, лица затемнены, но двое офицеров обведены красным карандашом, с нажимом, так, что бумага прогнулась.
У Ивана была газетная фотография, которую он аккуратно вырезал когда был в архиве. На ней были белые офицеры, Гражданской войны, информацию о которой он искал пол жизни. Он достал газетное фото и сравнил с анонимным, на анонимном были только некоторые офицеры поэтому он без сомнения понял что это полковник Дроздовский М.Г., полковник Колтышев, полковник Нилов С. Р, полковник Войнолович Михаил Кузьмич, полковник Жебрак- Русакевич М. А.
Иван замер. Войнолович Михаил Кузьмич может быть моим дедом, фамилия такая же как у него, молодой без седины, с той самой складкой между бровей, что потом передалась Ивану, белокурый, голубоглазый, красивый. В семье никогда о предках по мужской линии, не вели разговоров, да и вообще темы Гражданской войны были пресечены и закрыты. Мать уклончиво отвечала: " Все сгинуло в революцию", отца он знал мало до войны, а потом отец погиб.
Он смотрел на фото, группа из десяти офицеров в полевой форме, лица серьёзные, сосредоточенные. В центре Дроздовский М.Г., рядом Нилов, чуть в стороне Жербак.
Полковник Дроздовский, ведь Иван искал информацию о дроздовском походе, интересовался Гражданской войной, но мало что находил, и вообще информация скрыта.
Но внимание привлекли двое, обведенные красным карандашом: Колтышев Петр Владимирович, стоит чуть выдвинувшись вперед, Войнолович Михаил Кузьмич, левее.
Иван придвинул лампу ближе, красный круг - не случайность. Кто то намерено выделил этих двоих. Зачем? И почему именно его деда назвали прямо - в письме?
Он перевернул фото и на оброте лаконичная надпись чернилами: " Апрель. 1918", ищи в Париже, ул. Сен- Жак 26. Больше ничего: ни шифров, ни пометок. Только дата и два обведенных лица.
В квартире было тихо, за окном шумел вечерний город, Иван подошёл к книжной полке. Среди томов по истории Гражданской войны должен быть хоть какой то след, " хотя какой след о белом движении" о чем это я, вдруг озарила мысль Ивана. Пока он судорожно листал страницы книг по истории, поглядывал на фото, а в голове крутились вопросы: кто отправил письмо? Почему только сейчас в 1965? Зачем обвели Колтышева и Воротынцева, что их связывало? Почему в семье молчали о деде? Что скрывалось за фотографией, подвиг, трагедия, тайна?