Только теперь стало ясно, отчего шеф оказался так щедр на посулы: «Если подготовишь разгромный материал, отдам социалку под твое начало». Журналист пнул парапет, досадуя на самого себя, на свою наивность. «Почтенный Бьеран – глава отдела социальный новостей «Инфоникл»… Ага, держи карман шире! Купился как мальчишка… Шеф с самого начала знал, какая здесь охрана. И знал, что ничего здесь не нарыть. Притом ничем не рисковал даже. Найду я компромат – отлично, не найду – сам виноват: уволен! Зато мотивация сотруднику обеспечена. Ведь за такую-то должность землю носом рыть будешь… Вот и работай после этого на благо редакции».

Бьеран еще раз мысленно пробежался по впечатлениям от экскурсии в новую тюрьму. «Нет там ничего. Людям-то они, может, и помогают, да только что мне с того?». Как вдруг вскипел: «А если бы тот заключенный, в самом деле, меня придушил? Что, если б Велида не успела?! Вот уж за такой информационный повод в редакции бы точно ухватились! Как же! «Сотрудник «Инфоникл» убит при исполнении служебных обязанностей». Естественно: «Помним, скорбим», «Соболезнуем». А главное: рейтинги – выше крыши!!! Пристальное внимание аудитории! И – деньги, деньги!».

Бьеран с размаху швырнул кристалл в грязную воду канала. «Вот вам – сенсация! Ясно?!». Он стоял на мосту и с негодованием вглядывался в глинистые волны, тяжело сопел.

Но спустя некоторое время Бьеран с еще большей досадой понял: погорячился. «Может, в той оранжерее все-таки было нечто стоящее? Какие-нибудь наркотические растения… Да и видео с нападением могло пригодиться: если правильно обрезать, да преподнести аудитории под нужным соусом…». Чем дольше он размышлял, тем больше убеждался, что выбросил кристалл напрасно! В конце концов, возвратиться в редакцию с пустыми руками – это означало полный провал. И увольнение.

Вскинувшись, Бьеран огляделся по сторонам. Красный от стыда и раздражения, он торопливо спустился с моста на пологий берег канала. Там журналист разулся, снял носки и принялся закатывать брючины костюма, недавно вышедшего из прачечной.

Вот он походкой канатоходца осторожно побрел вперед по дну. К счастью, воды было только по щиколотку. Бьеран убеждал себя, что течение здесь слишком слабое, мелкое – не могло унести кристалл.

Наконец, он добрался до того места, куда упало кварцевое сокровище. Бьеран, низко согнувшись, принялся обеими руками рыться в илистой грязи. Вытаскивал на свет мелкие камешки, затем брезгливо отбрасывал их прочь. Голые ступни леденели в бурлящем потоке. Промокшие манжеты неприятно липли к запястьям. С тротуара за Бьераном изумленно наблюдали прохожие, но он продолжал перекапывать дно и бормотал: